2375 год

Космопорт «Окклюзион», Титан…

— Цель визита в Колонию-3?

— Обмен информацией.

Таможенник еще раз взглянул на документы Сонма. Недовольно прищелкнул механическим языком: прикопаться было не к чему. И все же…

— Кто вас вообще с Земли выпустил? — риторически спросил он, сбивая фуражку на затылок.

Сонм молча развел руками. Больше всего он не хотел объяснять всё ещё раз.

— Ни одного процента металла. Непозволительно! — таможенник вертел в руках его электронный паспорт.

— Послушайте, — Сонм Протеро несколько раз устало зажмурил глаза. Действие энергетической пилюли, принятой час назад, подходило к концу, и в сон клонило нещадно. — Я человек. Я родился и вырос без имплантатов и модификаций. И что теперь? Я не могу пересечь границу, не имея хотя бы двадцать пять процентов электроники в организме? Бред какой-то!

— Таковы правила, — голосовые связки таможенника выдали заготовленную на любой случай фразу. — Поймите, сейчас я вас пропущу, а на Земле вас арестуют за нарушение Закона о Толерантности к Искусственному Интеллекту?

О да, великий Закон о Толерантности, куда же без него? Теперь, когда население Земли и всех её колоний на 95% состоит из роботов и киборгов, каждый человек обязан иметь энный набор имплантатов, дабы не наносить удар по экономике ИИ и не дай Бог не оскорбить ранимых представителей представителей меха-сообщества.

— Но что, если я не хочу? — похоже, мистер Протеро решил стоять до конца. — Мне не нужны улучшения, я прекрасно себя чувствую!

— Всем нужны улучшения, — сказал таможенник, тоном, не допускающим возражений. — Ну поставили бы себе кибер-печень или глаза с функцией рентгена…

— Зачем мне кибер-печень? — удивился Протеро. Космопорт «Окклюзион», Титан…

— Цель визита в Колонию-3?

— Обмен информацией.

Таможенник еще раз взглянул на документы Сонма. Недовольно прищелкнул механическим языком: прикопаться было не к чему. И все же…

— Кто вас вообще с Земли выпустил? — риторически спросил он, сбивая фуражку на затылок.

Сонм молча развел руками. Больше всего он не хотел объяснять всё ещё раз.

— Ни одного процента металла. Непозволительно! — таможенник вертел в руках его электронный паспорт.

— Послушайте, — Сонм Протеро несколько раз устало зажмурил глаза. Действие энергетической пилюли, принятой час назад, подходило к концу, и в сон клонило нещадно. — Я человек. Я родился и вырос без имплантатов и модификаций. И что теперь? Я не могу пересечь границу, не имея хотя бы двадцать пять процентов электроники в организме? Бред какой-то!

— Таковы правила, — голосовые связки таможенника выдали заготовленную на любой случай фразу. — Поймите, сейчас я вас пропущу, а на Земле вас арестуют за нарушение Закона о Толерантности к Искусственному Интеллекту?

О да, великий Закон о Толерантности, куда же без него? Теперь, когда население Земли и всех её колоний на 95% состоит из роботов и киборгов, каждый человек обязан иметь энный набор имплантатов, дабы не наносить удар по экономике ИИ и не дай Бог не оскорбить ранимых представителей представителей меха-сообщества.

— Но что, если я не хочу? — похоже, мистер Протеро решил стоять до конца. — Мне не нужны улучшения, я прекрасно себя чувствую!

— Всем нужны улучшения, — сказал таможенник, тоном, не допускающим возражений. — Ну поставили бы себе кибер-печень или глаза с функцией рентгена…

— Зачем мне кибер-печень? — удивился Протеро. — Я не употребляю алкоголь.

Глаза киборга-таможенника поползли из орбит.

— Что, совсем? И даже на день Единения машины и человека?

— Совсем, — покачал головой Протеро.

Тут его собеседник не выдержал:

— Эрго! — позвал таможенник. — А ну лети сюда!

Через пару минут возле сканера приземлился еще одни таможенник.

— В чем дело, Чой? — поинтересовался Эрго, спрыгивая со штатного антигравитатора. Затем он скользнул взглядом по Сонму и добавил: — Что, еще один товарищ с комическим кибертрихозом?

— Если бы! — Чой взмахнул руками. — Тут случай куда более запущенный…

Да, Сонм Протеро не ошибся. Ему пришлось заново поведать свою историю, на этот раз для изумленного Эрго Хейли.

Историю о том, что он, законопослушный гражданин Земли, летит со спутника Сатурна домой к жене и детям, и что он за свои двадцать девять лет не удосужился лечь под нож и нашпиговать своё тело умной электроникой.

— Как вы до сих пор живы? — изумленно произнес второй таможенник, когда Протеро закончил свой рассказ. — В современном мире столько инфекций, взять хотя бы лихорадку Фемисто. В Колонии-2 нечего делать без модифицированной селезёнки!

— Мы с женой придерживаемся особых принципов, — произнес Сонм и тут же пожалел об этом: Эрго и Чой перегнулись между собой, словно перед ними стоял опасный сектант, нет, террорист-смертник, готовый в любую секунду взорвать весь космопорт.

— Так у вас и жена без модификаций? — изумленно спросил Чой. — Ну дела!

— Да, мы с женой чистые био, как и наши дети… — Сонм взглянул вначале на часы, а затем на длинную очередь, которая выстроилась за его спиной. — Знаете что? Давайте сделаем так: вы меня пропустите, а я обещаю, что сделаю себе модификацию.

— В ближайший месяц! Нет, в ближайшую неделю! — добавил Эрго.

— Сразу по прилету, — заверил таможенников Сонм. — Только пожалуйста, побыстрее! Космолёт вылетает через пять минут!

Чою ничего не оставалось, как вернуть ему документы и выдать посадочный талон.

— Советую начать с мозгофлэшки, — крикнул Эрго вдогонку. — Сорок терабайтов оперативной памяти лишними не будут!

Но мистер Протеро уже не слышал его.

— Вот из-за таких типов как он, мы и увязли по уши в кризисе, — мрачно добавил Чой. — Тоже мне, «чистый био»…

— Не обращай внимания, коллега, — сказал Эрго. — Ясно же, что будущее за нами, меха, а био — всего лишь пережиток истории. — Дорогая! Я дома, — крикнул Сонм Протеро и устало опустился в кресло.

— Как долетел? — симпатичная мисисс Протеро уже спускалась к нему с бокалом энергопунша.

— Опять докопались грёбаные таможенники, — Протеро устало улыбнулся и принял из рук супруги напиток. — Ммм, сегодня со вкусом клубники?

— Ага, ограниченная серия, прямиком из лаборатории.

Сонм пригубил бокал.

— Мои вкусовые датчики в полном восторге. Когда-нибудь мы расскажем свой секрет людям, — произнес он с чувством. — И био и меха уже история. Будущее за нами — цельнобионическими роботами.

— Вот только в нас никто не верит, — покачала головой миссис Протеро.

— Поверят. Лет через десять или двадцать, — Сонм глядел куда-то вдаль, а по его искусно смоделированным сосудам уже разливался коктейль из плазмы.

— Надеюсь, что хотя бы наши дети будут жить в мире без стереотипов, — миссис Протеро залпом осушила свой бокал.

Через сорок минут оба робота погрузились в режим восстановления. До следующего утра.