3:00

Случилось это в мае 2006 года. В то время я учился в университете и снимал квартиру вместе со своим другом, который, стоит отметить, был правоверным мусульманином. Да-да, именно правоверным. Соблюдал все заветы, как того требует его религия, и молился исправно каждый день. С моего разрешения делал он это вслух. Как оказалось свое согласие, я дал совсем не зря.

На тот момент мы делили одну крышу над головой уже более полугода. Так что все молитвы, что я слышал каждый день, я знал наизусть (хоть и не спрашивал перевода ни одной из них).

Той летней ночью я проснулся от неприятных звуков ровно в 3:00. Это я запомнил по простой причине – часы висели прямо напротив меня. Общаясь когда-то с астматиком, я сразу понял – кто-то начинает задыхаться. Проснувшись окончательно, и поняв, что это не сон, я встал и посмотрел на друга – он еще спал. Тем временем дыхание становилось все сбивчивей и тяжелее. Он проснулся, попытался откашляться – не вышло. В глазах молодого крепкого парня (я уже включил свет к тому времени и пытался допытаться, что с ним) я впервые увидел страх. Даже не страх, а какой-то животный ужас. Губы его сжимались и разжимались в попытке что-то сказать, а руки отчаянно шарили по груди и гортани – было видно, что ему уже больно. Но только я собрался набирать 03, как ему удалось прохрипеть “молитву не дают прочесть… бесы душат”.

Мой ступор длился лишь пару секунд – как можно громче и членораздельней я начал читать вслух по памяти то, что слышал от него самого каждый день. В то же время в моей голове крутилось две мысли: “Правильно ли я поступаю?” и, пожалуй, даже более навязчивая “Только бы правильно все прочесть”.

Мои опасения развеялись, когда, спустя несколько секунд, приступ начал ослабевать. А спустя еще несколько секунд, сперва неуверенным сбивчивым шепотом, а затем, все громче и громче, он сам начал читать ту молитву, что начал я.

После того, как все более-менее пришло в норму, я узнал, что когда ему было 7 лет, он заболел – стал часто задыхаться, хотя врачи никак не могли найти причину этого явления. Так бы и слег он, если бы не местный имам, который провел какие-то обряды. Но предупредил, что, так как он в этом деле не специалист – мера эта не дает стопроцентной гарантии. И возможно приступы повторятся. Но все было хорошо, и о той истории постарались забыть. Да так бы и не вспомнили, наверное, если бы не та ночь.

По прошествии лет, я порой размышляю, почему молитва на незнакомом языке из уст атеиста помогла тому пареньку. А самое главное – в то время у меня никогда не было проблем со сном, а спал я как убитый. Даже звон большого латунного будильника будил меня не сразу. И никогда я просто так не просыпался посреди ночи. Что же заставило меня проснуться тогда, я не знаю. И, думаю, что знать не хочу.

Вот таким было мое знакомство с феноменом одержимости, так сказать, лицом к лицу.