Алипия

Почти каждый мало-мальски значимый город может похвастаться тем, что у него есть свой покровитель. А мегаполисы — и вовсе предъявить целое небесное воинство. Если вдуматься, то большие города потому и становятся большими и великими, что их под крыло берут мистические защитники. Где были бы Питер и Москва без блаженных Ксении и Матроны? И какая участь ожидала бы Киев, не возьми его под охрану матрона Киевская — матушка Алипия?

И раздался голос…В миру ее звали Агапия Тихоновна Авдеева. Она родилась в 1910 году в Пензенской области, в православной мордовской семье. И разом лишилась родителей: девочка куда-то отлучилась из дома, а когда вернулась, нашла отца и мать убитыми. Оказалось, их расстреляли красноармейцы. Агапия села меж убитых родителей и всю ночь напролет читала по ним Псалтырь. Уже тогда она знала, что главное — это душа. О ней надо заботиться в первую очередь…

Сироту приютил у себя дядя. Отучилась два года в школе, где, кстати, отличалась живым умом и редкой смекалкой. Однажды во сне девочка услышала голос: «Иди дорогами земными к Небесному пути». Так началась ее новая жизнь: полная лишений и… счастья.

Мантия-невидимкаМатушка всегда говорила о себе в мужском роде: «Я всюду был: в Почаеве, в Пюхтице, в Троице-Сергиевой Лавре. Три раза в Сибири был. По всем церквям ходил, подолгу жил, меня всюду принимали». Пюхтиц — это Эстония. Невозможно подсчитать, сколько путей-дорог было ею исхожено. А еще она «был под Одессами»: совсем еще юной девушкой она, не скрывающая своей веры, попала в тюрьму, где над ней издевались, морили голодом и чуть не убили. Среди заключенных было немало священников. Каждую ночь 5-6 человек уводили безвозвратно. И вот в камере осталось трое: один священник, его сын и Алипия. Священник сказал сыну: «Давай отслужим по себе панихиду, сегодня нас к рассвету заберут»… Девушке же напророчил: «А ты сегодня выйдешь отсюда».

Ночью священника с сыном увели, и Алипия осталась одна. Вдруг отворилась дверь, и на пороге показался… апостол Петр. Он вывел ее из камеры, провел мимо всех охранников на улицу и велел идти вдоль моря. И она шла — одиннадцать дней без пищи и воды. «Лезла по отвесным скалам, обрывалась, падала, поднималась, снова ползла, раздирая до костей локти». До тех пор, пока «Одессы» не скрылись из виду, пока угроза не миновала…

Во время войны она с другими женщинами была отправлена в Германию. И там Агапия умудрялась выводить за колючую проволоку тех женщин, у которых на родине остались дети и больные старики. Словно накрывала их мантией-невидимкой — и те благополучно добирались до дома. А незадолго до окончания войны ушла и сама. Как обычно — пешком. Перешла через линию фронта и отправилась в Киев.

Место жительства: дуплоКиев она посетила еще перед самой войной — и Киево-Печерская Лавра потрясла ее до глубины души. Прибыв сюда, она тут же попросилась в монахини. Ее крестил лично архимандрит Кронид — под именем Алипия. И он же определил ей «место жительства» — дупло в огромном дубе, что рос в овраге за оградой Лавры с незапамятных времен. В этой«квартирке» невозможно было подняться в полный рост. Однако Алипии все казалось нипочем:«Я три года в дупле сидел, холодно было, снег заметал, голодный был, но я все терпел». В особенно морозные и снежные дни отец Кронид проведывал свою подопечную. Оставлял под дубом мешок с сухарями, говорил: «Спасайся» — и уходил. В те годы Алипию все называли Липой, и в воспоминаниях посетителей Лавры она осталась очень аккуратной, чистенькой и опрятно одетой женщиной. Как ей это удавалось, одному Богу известно. Лишь после смерти отца Кронида ее избавили от этого подвига:«Тебе же холодно, иди спи под дверью отца Андрея». Для справки: дверь к отцу Андрею не закрывалась никогда, ибо он принимал всех — бесноватых, больных, нищих, голодных, бездомных. И исцелял, кормил, поил, наставлял, вразумлял — сутками напролет. И рядом с ним всегда была Липа — кроткая и светлая, чье одно только присутствие успокаивало и дарило надежду.

Ключик — душаВ 1961 году Алипию вновь арестовали — за бродяжничество. Возможно, в этом был промысел Божий: пока она сидела в тюрьме, столь любимую ею Лавру закрыли. Разошлись кто куда святые отцы, умолкли колокола…

Из заключения Алипия вышла беззубой, согбенной старухой. Долгие годы скиталась по Киеву, ночевала, где придется. Мальчишки дразнили ее, люди смеялись: юродивая — что с нее взять! Но постепенно насмешки уступили место уважению: ведь слова Алипии, как правило, оказывались пророческими. И вот уже поползли по Киеву слухи: дескать, ходит по городу юродивая, гремит цепями, молится обо всех и предсказывает будущее.

Почти все в этих слухах было правдой: вот только не цепи носила Алипия, а связку ключей, которая год от года становилась все больше, все тяжелее. Каждый ключик — спасенная душа, человек, которому ей удалось помочь. К концу жизни веревка, на которой висели эти ключи, впивалась ей в кожу до кровавых рубцов.

История ждёт вашей реакции

Страница 1 из 2Далее ›