Бацулай и Кацулай

То ли было, то ли не было, растила вдова Бацулай трёх маленьких дочерей. Собралась она однажды на мельницу зерно смолоть и сказала дочкам...

— В наш аул повадилась ходить ведьма Кацулай. Она ходит со своей собакой и крадёт маленьких детей. Заприте крепко двери и не открывайте никому. А меня узнаете по голосу. Я скажу вам два слова: «Я Бацулай!» А ведьма Кацулай в это время стояла со своей собакой за углом и всё слышала.

Взвалила мать на плечи мешок, ушла на мельницу. А Кацулай тихонько подкралась к двери и ласковым материнским голосом сказала:

— Не приходила ли к вам Кацулай, детки? Откройте поскорее! Я ваша мама Бацулай.

Дети поверили ведьме. Старшая девочка подбежала к двери, открыла её, а собака Кацулай схватила девочку и унесла.

Вскоре вернулась мать домой. Видит, нет старшей дочки.

Долго искала бедная Бацулай свою девочку. Весь аул обошла, поднималась на высокие горы, опускалась в глубокие ущелья, нет нигде и следов её доченьки.

Через месяц ли, через два собралась Бацулай на базар: пряжу продать, соли купить.

— Смотрите, детки, никому не открывайте! — строго наказывала она.

— Только мне откройте, когда скажу: «Я Бацулай!» Дети пообещали ей никому-никому не открывать, чужого в дом не пускать. И мать ушла.

И только она из глаз скрылась, Кацулай тут как тут. Голосом матери она сказала:

— Не приходила ли сюда Кацулай, деточки? Открывайте, я ваша мама Бацулай!

И средняя девочка открыла дверь, а собака Кацулай схватила её и унесла.

Вернулась мать с базара, дома одна только младшая дочка плачет. Долго искала Бацулай среднюю дочь. Весь аул дважды обошла, на высокие горы поднималась, в тёмные ущелья опускалась, звала, кричала — никто не откликнулся.

Наступила зима. Надо было матери за топливом в лес сходить. Осталась дома одна младшая дочка. Строго-настрого приказала ей Бацулай:

— Помни, доченька: открывать никому нельзя! Я вернусь, скажу: «Я Бацулай», тогда и откроешь.

Вернулась под вечер мать с вязанкой хвороста, а двери настежь и в доме пусто.

Трижды обошла Бацулай весь аул. На самые высокие горы поднималась, в самые глубокие ущелья спускалась. Всё понапрасну!

Встретила она в горах старика-отшельника.

— Что привело тебя в эти дебри? — спросил старик.

— Люди сюда заходить не отваживаются… Заплакала Бацулай:

— Горе моё меня привело! Украла ведьма Кацулай моих деточек… — Она со своей собакой частенько охотится в моих краях… А живёт она в ущелье, которое наглухо закрывается скалой. Скала у ведьмы волшебная. По её слову она расходится, как ворота, по её слову сходится.

И отшельник поднялся с Бацулай на соседнюю гору и оттуда показал ей волшебную скалу, а за ней логово людоедки Кацулай.

Поклонилась женщина отшельнику в ноги, молвила «спасибо» и собралась было идти, но отшельник остановил её:

— Это ещё не всё! Ты послушай меня. Кацулай скоро должна вернуться с охоты. Постарайся проскользнуть за ней следом, когда скала будет открыта. Там, внутри, тебе ничто не грозит. Кацулай и её пёс после охоты сразу завалятся спать. Будут спать как убитые три дня. А ты за это время открой подвалы и выпусти на волю всех малых детей, что сидят у ведьмы под замком. А потом бегите, да побыстрее… Отшельник подарил Бацулай кувшин с молоком лани, ветку терновника и острый как нож кремень.

Ещё раз поблагодарила Бацулай старика, поспешила к волшебной скале. Пришла и спряталась за камнями.

Ждать ей пришлось недолго. Поднялся вихрь, вершины деревьев склонились до самой земли, и сквозь шум ветра послышался собачий лай. Верхом на собаке, сидя задом наперёд, ехала людоедка Кацулай. Она везла хурджины, полные краденых детей.

Подъехав к скале, Кацулай остановила собаку и крикнула: «Халт!» Это было волшебное слово, и скала, словно ворота, распахнулась. Скала пропустила собаку и ведьму, а вслед за ними проскользнула и Бацулай.

Скала тут же захлопнулась. Она прищемила подол платья Бацулай. Женщина отрезала кусок подола острым кремнем, что подарил ей отшельник, оглянулась и увидела, что стоит перед домом ведьмы. Дом был высечен из цельного камня. На дверях семи его подвалов висели семь замков, а в подвалах громко плакали дети.

Бацулай спряталась и подождала, пока ведьма и её пёс захрапели. Кинулась она тогда открывать замки. Выпустила из подвалов всех детей и своих трёх девочек нашла. Обнимала она их, ласкала, плакала от радости.

Самых маленьких деток Бацулай посадила в хурджины, которые перекинула через плечо. А тем, кто постарше, велела взяться за руки и бежать следом за ней.

Собрались все у скалы. Бацулай громко сказала: «Халт!» — скала распахнулась, и все они вышли на волю, и скала за их спиной тут же захлопнулась.

Бежали они быстро, как могли детские ножки. Но вот оглянулась старшая дочка Бацулай и увидела: гонится за ними по пятам Кацулай с собакой. А бедной матери тяжело было нести хурджины, полные детей, и она всё отставала… — Скорей, скорей, матушка! — закричала девочка.

— Догоняет тебя ведьма!

Оглянулась назад средняя дочка Бацулай, видит: ведьма вот-вот их настигнет.

— Скорей! Скорей! Убегай, матушка! — взмолилась она.

— Ведьма уже близёхонько!

История ждёт вашей реакции

Страница 1 из 2Далее ›