Броненосец тату-мулита

Если броненосец тату-мулита Малышей своих рожает, То брата у сестер и сестры у братьев Никогда не бывает...

Или мальчики одни рождаются, Или только девочки получаются.

А повелось так с той поры, когда царь иудейский учинил избиение двух тысяч младенцев, и дева Мария, чтобы спасти младенца Иисуса, отправилась в Египет в повозке, запряженной маленьким осликом.

И вдруг нагнала их царская стража. Царь велел стражникам убить младенца Иисуса, а родителей его заковать в кандалы. Но дева Мария своими слезными мольбами смягчила сердце начальника стражи и, чтобы умилостивить его, подарила ему ослика.

Пришлось деве Марии и святому Иосифу самим тащить повозку, в которой сладко спал младенец Иисус. Тяжко им было, но они шли и шли вперед… Тем временем стража собралась поворачивать назад, но ослик возьми и заупрямься! Как только начальник стражи ни пытался образумить упрямца — и хлыстом его стегал, и древком копья бил, и ножнами колотил, — а ослик уперся, и ни в какую!

Уже все стражники вместе за него принялись, а ослик все ни с места!

Разозлился тогда начальник стражи, решил, что обманула его дева Мария, подсунув такое скверное животное, и велел догнать и схватить беглецов.

Дева Мария и святой Иосиф не знали, что происходит позади них, они только слышали ругань начальника и крики солдат, которые пытались усмирить ослика. Родители младенца Иисуса испугались этого шума и изо всех сил стали тянуть повозку побыстрее. Тут проснулся младенец Иисус, он хотел есть, и его надо было накормить, но от горя и усталости у девы Марии пропало молоко… Откуда ни возьмись, появилась мулита, дева Мария и говорит ей:

— Мулита, детьми твоими заклинаю, дай мне капельку молока для моего мальчика!

Мулита дала капельку молока, но этого оказалось мало, и младенец Иисус по-прежнему плакал от голода. Дева Мария залилась слезами и говорит:

— Мулита, позови своих дочерей, пусть каждая даст по капельке молока, чтобы накормить моего сына!

— Сеньора дева Мария, — ответила ей мулита, — детей-то у меня много, но дочерей мало… Позвала она своих дочерей, каждая дала по капельке молока, чтобы накормить младенца Иисуса, он насытился и перестал плакать. Тогда все дочери мулиты отправились своей дорогой в пустыню, осталась с девой Марией только мулита-мать.

Когда они ушли уже далеко, они увидели вдруг, что их нагоняет стража, а во главе скачет разъяренный начальник!

Вскричала тогда в страхе дева Мария:

— Мулита, помоги мне тянуть повозку! Мулита помогла, но у мулиты сил маловато, и повозка почти не продвигалась вперед.

А стража-то все ближе и ближе!

Заплакала дева Мария и говорит:

— Мулита, позови своих сыновей, пусть они помогут тащить повозку!

— Сеньора дева Мария, — ответила ей мулита, — детей-то у меня много, но сыновей мало.

Позвала она своих сыновей, которые потащили повозку бегом.

А стража-то все ближе и ближе!

Конечно, теперь, когда повозку тащили сыновья мулиты, она катилась быстрее, но лошади куда сильнее мулит и бегают резво… и вот преследователи уже близко… совсем близко! Но тут поднялась страшная песчаная буря, и как ни ругались стражники и их начальник, пришлось им все-таки отступить.

Когда младенец Иисус оказался в безопасности, сыновья мулиты ушли своей дорогой в пустыню, осталась с девой Марией только их мать. И сказала дева Мария:

— Мулита, в благодарность за молоко твоих дочерей и силу твоих сыновей, отныне ты будешь рожать либо только дочерей, либо только сыновей.

Мулита ответила:

— Все в вашей воле, сеньора дева Мария! Только я попрошу у вас такой же милости для своей кумы, жены броненосца тату.

— Быть по сему, — сказала дева Мария.

Тогда мулита побежала в пустыню поделиться новостью со своей кумой. То-то радости было у жены броненосца тату!