Черная паутина

— Мы скоро придем? — Клепа буквально повисла на руке Вожака. Остальные молчали, хорошо зная, что сейчас не время задавать вопросы.

— Скоро. — Вожак потрепал девчушку по лохматой голове. — Потерпи немного.

Они шли уже третьи сутки, практически без перерыва. Усталые, голодные, но полные призрачных надежд и искреннего детского любопытства — а что же там, в городе? Практически никто не помнил каким был мир до того как его заволокла Черная Паутина. Никто, кроме Вожака. Ему было почти тринадцать. В их глазах он являлся взрослым товарищем, командиром и старшим братом. Самой младшей в их маленькой семье была Клепа. Они нашли ее три года назад, когда рискнули выбраться в один из маленьких пригородов, для того чтобы найти еды.

Зараженную, умирающую женщину, с годовалым младенцем на руках, обнаружила Белка, когда заглянула в подсобку полуразрушенного продуктового ларька. Женщину убили, а девочку, после того как удостоверились, что у нее нет Ч. П. , взяли с собой.

Всего их маленький отряд насчитывал шесть голов: самый старший Вожак, затем двенадцатилетняя Белка — девочка с рыжими волосами и сильно выступающими передними резцами. Шпале — долговязому мальчишке, недавно исполнилось десять лет, Чумазому и Икоте, было семь и восемь лет, ну и конечно, всеобщая любимица, четырехлетняя Клепа. Никто из них, толком не помнил родителей, родной дом, шум работающего телевизора или радио. Все это осталось в прошлом.

Вирус, со сложным химическим названием, который в народе окрестили Черной паутиной, появился чуть больше пяти лет назад. Это была не эпидемия — пандемия! Ч. П. , в рекордно короткое время (полгода) скосил практически все население Земли. Вожак, в то время восьмилетний Петр Маслов, помнил, родителей, которые метались в лихорадке: потные, полные боли лица, покрытые сеткой почерневших вен, похожих на паутину, темные круги, под затуманенными глазами, черный язык, который то и дело облизывал засохшие, потрескавшиеся губы. Все это — Черная паутина. Вожак потерял всех, в том числе и маленькую пятилетнюю сестренку. Хотя вирус был более милосерден к детям, она тоже умерла. Вожак помнил, что мама всегда говорила: у его сестры ослаблен иммунитет. Может поэтому, Ч. П. добралась и до нее?

Потом — паника, хаус, творившиеся вокруг. Мародерство. Вожак видел, как женщины и мужчины, с почерневшими уже лицами, разбивали витрины магазинов и вытаскивали на себе дорогую бытовую технику, ювелирные украшения и прочую ерунду.

— Интересно, зачем людям телевизор, если они все равно скоро умрут? — Спросил тогда восьмилетний Вожак, прижавшись лбом к оконному стеклу и разглядывающий творившееся внизу безумие. Ему никто не ответил. Родители перестали дышать несколько часов назад. Он накрыл их одеялом. С головой. Вожак видел: так делали в фильмах. Единственным звуком в пустой квартире, было громкое, хриплое, с присвистом дыхание умирающей сестры.

Когда ее не стало, Петя Маслов, собрал в рюкзак свои вещи и вышел на улицу, где практически все стихло. Почерневшие тела валялись прямо на улицах. Некоторые свисали из распахнутых окон.

— Надо отсюда уходить, малыш. — Вожак тогда очень сильно испугался. Сильный, мужской голос, буквально пронзил безмолвное пространство.

Это был Михаил Романович. Высокий, пожилой мужчина лет шестидесяти. Он рассказал вожаку, что скоро, здесь нечем будет дышать и нужно выбираться как можно дальше от населенных пунктов. Так они и сделали. Михаил Романович посадил мальчика в люльку старенького мотоцикла и они не спеша двинулись прочь, за городскую черту. Они нашли неплохой домик, стоявший в отдалении от населенных пунктов. Он находился на самой окраине небольшой деревеньки. Михаил Романович, похоронил хозяев домика и на какое-то время, все стало более или менее хорошо.

Иногда Михаил Романович выбирался в поселок. Набирал там консервов и других долго хранящихся продуктов. Однажды он привез с собой Белку. Катю Стрижову, рыженькую чумазую девчушку в нарядном, но испачканном школьном платьице.

А из очередной своей поездки в пригород, он привез с собой Черную Паутину. Через две недели, Вожак с Белкой похоронили Михаила Романовича.

Тогда-то Петя Маслов и стал Вожаком. Постепенно в их маленькой компании, появились Шпала, Чумазый, Икота и Клепа. Взрослых на планете Земля больше не осталось.

— Вот он! Вот он — город! — Клепа радостно подпрыгивала, показывая маленькой ручкой на показавшиеся вдалеке многоэтажки.

Остальные тоже радостно выдохнули, только вожак оставался серьезен.

— В городе могут быть дикие звери. На подобие тех, что мы встречали в поселках. Только здесь их может быть намного больше. Оружие, надеюсь, никто не потерял?

Дети, весело гомоня, повытаскивали из карманов разнокалиберные ножи. Они хорошо научились управляться ими.

— Тогда вперед! — Вожак первым двинулся, к погрузившемуся в мертвую тишину, городу.

Улицы пустынны. Окна домов, глядели на сгрудившихся ребятишек, слепым, пыльным бельмом. Разбитые витрины, с торчащими по кроям осколками стекол, походили на раскрытые, оскаленные пасти. А ведь Вожак, смутно еще помнил, как по этим улицам, днем и вечером, ходили люди, погруженные каждый в свои дела.

— Давайте найдем магазин продуктов. Нужно запастись крупами и консервами.

Долго искать не пришлось. Продовольственный магазинчик, находящейся на первом этаже кирпичной многоэтажки, ждал их с гостеприимно распахнутыми дверьми.

— Ух ты! Сколько здесь всего! — Чумазый восторженно смотрел на обклеенный разноцветными бумажками, отдел сладостей. — Вожак, можно мне тут что-нибудь попробовать?

— Нет. Тут все давно испортилось. Ищите лучше крупы.

Дети разочарованно повздыхали и принялись обшаривать магазин.

— Ой! Вожак! А я дяденьку нашел! — Икота, указывал рукой куда-то под прилавок.

— Ну и что? Ты что скелетов никогда не видел? — Раздраженно отмахнулся Вожак, продолжая обследовать содержимое витрин.

— Но, он живой!

Ребята дружно повернулись в сторону к Икоте. Кляпа радостно захлопала в ладоши:

— Ура! Мне покажут живого дядечку!

Вожак подошел к тому месту, куда указывал Икота. Под прилавком лежал мужчина, лет тридцати. Худой, с залысинами, давно не бритый. Но живой. Он крепко спал, в окружении выеденных банок с тушенкой. Вокруг него медленно собрались остальные дети.

Игорь вошел в город, надеясь задержаться здесь на пару недель. Дольше он не оставался. Хотелось есть, поэтому первое что он сделал, это зашел в небольшой магазинчик и съел сразу шесть банок с тушенкой. Он очень утомился. Сказывалось нервное напряжение, которое он испытывал практически каждый день, борясь за выживание в мире, который больше не принадлежал людям. Игорь сам не заметил, как провалился в глубокий сон.

Он открыл глаза и едва не закричал от ужаса. Над ним столпилась стайка настороженно — возбужденных детей. Впереди всех стоял высокий длинноволосый мальчик лет тринадцати, четырнадцати. «Откуда взялись эти чертовы дети?» — испуганно подумал он.

— Что это вы на меня уставились? — недружелюбно пробурчал он, пытаясь подняться с пола.

— Покажи язык. — Потребовал старший из ребят.

— Что?!!!

— Вожак, а зачем ты просишь дядю, показать язык? — поинтересовалась самая маленькая девчушка, лет пяти, не более. Остальные ребята тоже с интересом смотрели на своего лидера.

— У него черный язык. — Объяснил вожак, обвиняющее показывая на Игоря пальцем. — Это значит, что у него Черная Паутина.

Игорь и сам замечал, что с каждым днем чувствует себя все хуже и хуже, но признаваться самому себе, что у него этот проклятый вирус, не желал.

— Мы убьем его. — Тихо, произнес Вожак, доставая... нож!

Игорь не верил своим глазам — у ребенка был нож!

Остальные дети тоже достали оружие и медленно двинулись на него.

Игорь бросился бежать, но практически на выходе из магазина, правую лопатку пронзила острая боль. Он рухнул на колени.

— Молодец, Шпала! Ловко метнул! — Послышался голос Вожака. Следом топот детских ног и его, распростертого на грязном асфальте мужчину, окружили.

— Видимо, на Земле должны остаться только дети. — С этими словами, Вожак занес над Игорем руку, сжимающую нож.

Мужчина не успел даже вскрикнуть.