Черное зеркало в заброшенном поместье

В конце 19 века смоленский дворянин М. П. Гедеонов случайно узнал о том, что в Аполье, заброшенном поместье некогда знаменитых князей Друцких-Соколинских, есть черное зеркало, обладавшее какими-то магическими свойствами. Будучи человеком пытливым и любителем всяческих древностей, Гедеонов для начала порылся в редких книгах. И вот что выяснил.

Впервые о черных зеркалах упомянуто в середине шестнадцатого века в жизнеописании алхимика Кристофора Вагнера. Этот алхимик якобы изготовил несколько таких зеркал, скрупулезно соблюдая технологию, секрет которой был добыт где-то на Востоке. В жизнеописании алхимика сообщалось, что зеркала якобы показывали прошлое и будущее, а также воспроизводили события, происходящие хоть за тридевять земель.

Одно из таких зеркал попало к польскому чернокнижнику Яну Твардовскому. А потом, по всей видимости, перешло от него в руки князей Друцких-Соколинских.

Заинтересованный Гедеонов отправился в Аполье. Имение, оказывается, пустовало уже давно. Старый управляющий, он же сторож, отвел гостя в небольшую залу и, отодвинув бархатную занавеску, открыл квадратное зеркало с тусклой, как бы оловянной поверхностью.

— Вот тут внизу, извольте взглянуть, трещины, — сказал он. — Сие от удара кулака не кого-нибудь, а самого императора французов Наполеона Бонапарта. Когда он шел с несметным воинством на Москву, изволил переночевать у покойного князя Якова. Сказывают, зеркало показало Наполеону полное его поражение и бегство из России — ну, он от избытка чувств и ударил по стеклу… Позвольте и вас предостеречь, ваше благородие, не подходите близко к проклятому стеклу, как бы худо не вышло!

— А что такого может случиться? — спросил Гедеонов.

— Много чего. Лет пятнадцать назад тут один мастер шпалеры клеил. И что-то долго не выходил однажды. Заглянули -— а он лежит на полу без чувств. Вывели его на свежий воздух, еле в себя привели. Заглянул я, говорит, в зеркало, а оттуда ручища человеческая как вытянется — и к полу меня пригвоздила.

— Шпалеры, говоришь, клеил… — в раздумчивости сказал Гедеонов.

— Шпалеры, так точно-с! Поскольку перед этим случился в зале пожар. Как-то забыл я задернуть занавеску на зеркале. И представьте: у меня на глазах вырывается вдруг из зеркала малиновый этакий луч — и ну шарить по зале. Там портьера вспыхнула, тут занавески, шпалеры. Слава Всевышнему, быстро удалось погасить огонь.

— Что ж, любезный, испытаем и мы зеркало, — сказал негромко Гедеонов и, подойдя вплотную, заглянул в него.

Там отражалась вся зала: люстры, ломберный столик, картины, мебель, закрытая от пыли чехлами. Не было только… самого Гедеонова, сколько он ни всматривался! У него мурашки поползли по коже. Тем временем зеркало стало темнеть, наливаться чернотою, как грифельная доска. Гедеонов в ужасе отпрянул и судорожно задернул занавеску.

— Сказывают еще, что покойный князь Яков, — донесся до него как бы с того света голос старика, — лицезрел в молодости в зеркале самого себя, но уже в преклонные годы. И с той поры никогда более не заглядывал — опасался чего-то… Да и как не опасаться, когда тут без вмешательства дьявола, извечного врага рода человеческого, не обошлось!

Щедро одарив старика, Гедеонов покинул поместье, а вечером в тот же день описал все происшедшее в своей дорожной тетради.

В 1918 году крестьяне разграбили имение дочиста, и черное зеркало кануло в небытие.