Чертяка

Борис пил нещадно. В ход шло все, что горит, ну, или хотя бы слегка воспламеняется.

Поначалу друзья и семья терпеливо ждали, пока Боря насытится после двух лет проведенных им в армии, думали, что мужик после перенесенных лишений в себя прийти не может, но когда после возвращения со службы прошло десять лет, а завязать со спиртным Борис так и не собрался, смирились и разбежались кто куда. Жена к другому, друг Вовка женился и переехал, сослуживцы больше не приглашали в гости, а начальство и вовсе через пару лет безудержного пьянства Бориса разжаловало нерадивого работника с должности слесаря в дворники…

Но ничто, даже отсутствие материальной базы, не повлияло на желание Бори пить. Потихоньку продавая домашнюю утварь и добравшись, наконец, до столового серебра, следующий и заключительный шаг, окончательно поставивший бы крест на всей жизни, Боря готов был совершить в эту субботу, продав двухкомнатную квартиру местным черным риэлторам за символическое плату в 50 тысяч рублей и ящик водки производства местного ликероводочного предприятия.

Вот тут и случилось то, что случилось, и то, что перевернуло жизнь молодого алкоголика с ног на голову. С утра, как обычно, уняв тремор всего тела посредством выпитой залпом бутылки крепкого пива, Боря хмуро огляделся и, не найдя в квартире ничего, что можно было бы загнать на барахолке, сел на пол и уставился стеклянными глазами на стену, в которой вот уже месяц из под обоев на него смотрела здоровенная трещина. Слегка переживая, что данное обстоятельство может существенно снизить рыночную стоимость жилья, Боря вздохнул, но предпринимать ничего не стал, а просто сунул опухший от застоя в организме воды палец в щель и слегка поковырял крошащийся цемент.

— Ты еще голову туда засунь — услышал Боря голос позади себя.

Резко повернувшись на месте, молодой алкоголик попытался разглядеть мутным взором говорившего. От резкого движения палец хрустнул и застрял в стене. Борис позорно взвизгнул и увидел, наконец, у себя за спиной фигуру незнакомца. Прямо напротив, возле облупившегося от времени старого шифоньера, стоял невысокого роста мужчина очень худощавого телосложения.

— Беда! — улыбаясь, и слегка нараспев проговорил он.

— Борис — в ответ представился Борис и поморщился от назойливой боли в покореженном пальце.

— Помочь? — спросил незнакомец.

— Угу, только скорей!

— А ты мне нальешь?

— Налью, — шмыгнул носом Боря, прекрасно понимая, что врет, так как пить было решительно нечего.

Незнакомец неспешно подошел к трещине и, ухватившись за край, потянул стену влево. Стена поддалась и из значительно увеличевшейся проймы Боря смог, наконец, вытащить многострадальную конечность. Сам факт того, что стена двигалась нисколько не удивил Бориса, так как жизнь уже давно научила его ничему не удивляться.

— А пить-то нечего, — признался наконец Боря.

— Разве, — улыбнулся худощавый, — а ты сюда заглядывал? — и указал Борису на дыру в стене.

— Нет, но могу глянуть, — и с безнадежным видом Борис заглянул в щель.

И, о, чудо! Там внизу, в узком просвете стояла целая нетронутая бутылка отличного трехзвездочного коньяка. Жадно сглотнув, Боря выхватил добычу, мгновенно откупорил и присосался к горлышку.

— Эй! Эй! Мы же договаривались! Я в доле! — заголосил незнакомец.

Спиртное блаженно растекалось по нутру молодого алкоголика и, как луч света, проясняло сознание. Теперь, когда кризис миновал, Борис смог, наконец, оценить обстановку и как следует рассмотреть собеседника.