Длинные ложки

Вот не хотел я отправляться в этот дурацкий сплав, собирался провести законные каникулы в компании виртуальных танкистов и лётчиков. Но Макс меня уговорил оторваться от экрана ради единения с горной природой, чистым воздухом и прочим бла-бла-бла.

Острые камни в мелкой стремнине прорвали нашу лодку, как Тузик грелку, и теперь мы барахтались в холоднющей воде, дрейфуя по быстрому течению без всякой надежды выбраться на берег.

А потом я отключился.

Прежде чем открыть глаза, я с удивлением понял, что мне сухо, мягко и тепло. Вокруг ощущалась прямо природа-природа – шелест листвы, пение птичек, жужжание пчёл. Потом в эти приятные звуки вклинилось чьё-то покашливание, и меня пихнули в бок.

- Вставай! – сказал взъерошенный Макс и опять меня толкнул. – Гляди, чё. Где это мы?

- Сволочь ты, Макс – поприветствовал я старшего двоюродного брата. – Ты хоть помнишь, что мы чуть не утонули?

- Так не утонули же. Вставай давай, пошли.

- Куда?

- Куда получится. Не здесь же сидеть.

Я встал и осмотрелся. Красота! Солнце, поляна, цветы… Непонятно… как мы тут оказались, но я бы не отказался задержаться на пару-тройку часов.

- Слушай, как так получилось, что мы были в воде, а шорты и майки сухие? И куда делись жилеты?

- Серый, отвали. Какая разница, всё нормально.

- Сам отвали. В жилетах документы были. И деньги. И телефон.

- Да заплачь ещё. Выкрутимся. Первый раз, что ли? Забей и пошли на выход. – Макс беззаботно сплюнул и, насвистывая, пошёл по чуть заметной тропинке.

Через метров двадцать пришлось остановиться, потому что из-за дерева на тропинку прямо перед нами вышагнул какой-то странный бородатый чувак в холщовом балахоне.

- Тьфу ты! – Макс снова сплюнул. Вот ведь, бросил курить еще в школе, а привычка плеваться осталась.

- Слышь! Ты кто такой и чё возникаешь перед носом, как чёрт из подворотни?

Чувак перекрестился.

- Да вот, вас встретить велено.

- Хм. Кем велено, чудила? Никуда мы не пойдём. Покажи, где тут река, и вали.

Бородатый не ответил, с благостной улыбкой склонил голову и неспешно поплыл по тропинке перед нами. Макс усмехнулся и вальяжно остался стоять на месте, я топтался рядом с ним, сомневаясь – идти или не идти за бородатым.

Тот остановился в нескольких метрах, оглянулся и всё так же с улыбкой произнёс:

- Вам лучше пойти со мной, мы вам поможем.

Сам не знаю, почему, но я двинулся к бородатому, замечая боковым зрением, что Макс тоже топает позади.

Спустя минут десять вдали показались какие-то полуразвалившиеся деревянные сараи. Бородатый подвёл нас ко входу в первый из них, открыл скрипучую дверь и жестом пригласил войти. Так только вошли, дверь за нами захлопнулась. Макс попытался открыть её, но не смог.

- Вот так попадос! – развеселился кузен. – Боюсь-боюсь! Прикинь, он чё, думает, что из этой хаты реально не выбраться?

Мы посмеялись. Ну это же правда смешно – для мастера спорта по тяжёлой атлетике, жмущего без малого две сотни кэгэ за раз, и не пробить гнилые стенки трухлявого сарая?

Обошли всё помещение. В сарае было совсем пусто и не очень темно из-за света, пробивающегося между досок.

Макс стал работать. Сначала просто давил на стены всем своим весом, потом разбегался и бил ногами. Снял майку, обернул вокруг кулака и мощными ударами стал долбить в одно место.

Бесполезно. Стены остались невредимыми, даже щепки не откололось. Дверь тоже не поддалась.

Наконец Макс устал. Утёрся майкой и задумчиво сплюнул.

- Братан, по ходу мы в бункере.

- Может, подкоп сделать? – предложил я.

- Делай, - он криво усмехнулся. – Лопаты нет.

Я попробовал копать руками. Разгрёб приличный слой пыли и обнаружил бетонный пол.

Макс осмотрел потолок. Слишком высокий, даже если я стану ему на плечи, всё равно не дотянусь. Похоже, мы и правда попали.

Только я так подумал, как услышал звук, похожий на отдалённый шум толпы. Макс тоже услышал, поднял указательный палец и замер. Потом указал направление этим же пальцем, и мы пошли к дальней стене. В углу обнаружился узкий проход, который мы по непонятной причине не заметили, когда осматривали сарай.

Шум доносился оттуда. Я пошёл первым, следом с трудом протискивался Макс.

Вышли в странную… Комнату? Пещеру? Короче, куда-то вышли. Огромное тусклое помещение без окон, далеко впереди виднелся оранжевый свет. Подойдя ближе, мы увидели, что свет исходит из огромной круглой ямы, возле которой столпились люди.

В руках каждый из них держал большую ложку с очень длинным черенком. Толкаясь, они тянулись этими ложками к центру ямы, где на столбе-постаменте стоял котёл, наполненный кипящим мутным варевом. Вот не хотел я отправляться в этот дурацкий сплав, собирался провести законные каникулы в компании виртуальных танкистов и лётчиков. Но Макс меня уговорил оторваться от экрана ради единения с горной природой, чистым воздухом и прочим бла-бла-бла.

Острые камни в мелкой стремнине прорвали нашу лодку, как Тузик грелку, и теперь мы барахтались в холоднющей воде, дрейфуя по быстрому течению без всякой надежды выбраться на берег.

А потом я отключился.

Прежде чем открыть глаза, я с удивлением понял, что мне сухо, мягко и тепло. Вокруг ощущалась прямо природа-природа – шелест листвы, пение птичек, жужжание пчёл. Потом в эти приятные звуки вклинилось чьё-то покашливание, и меня пихнули в бок.

- Вставай! – сказал взъерошенный Макс и опять меня толкнул. – Гляди, чё. Где это мы?

- Сволочь ты, Макс – поприветствовал я старшего двоюродного брата. – Ты хоть помнишь, что мы чуть не утонули?

- Так не утонули же. Вставай давай, пошли.

- Куда?

- Куда получится. Не здесь же сидеть.

Я встал и осмотрелся. Красота! Солнце, поляна, цветы… Непонятно… как мы тут оказались, но я бы не отказался задержаться на пару-тройку часов.

- Слушай, как так получилось, что мы были в воде, а шорты и майки сухие? И куда делись жилеты?

- Серый, отвали. Какая разница, всё нормально.

- Сам отвали. В жилетах документы были. И деньги. И телефон.

- Да заплачь ещё. Выкрутимся. Первый раз, что ли? Забей и пошли на выход. – Макс беззаботно сплюнул и, насвистывая, пошёл по чуть заметной тропинке.

Через метров двадцать пришлось остановиться, потому что из-за дерева на тропинку прямо перед нами вышагнул какой-то странный бородатый чувак в холщовом балахоне.

- Тьфу ты! – Макс снова сплюнул. Вот ведь, бросил курить еще в школе, а привычка плеваться осталась.

- Слышь! Ты кто такой и чё возникаешь перед носом, как чёрт из подворотни?

Чувак перекрестился.

- Да вот, вас встретить велено.

- Хм. Кем велено, чудила? Никуда мы не пойдём. Покажи, где тут река, и вали.

Бородатый не ответил, с благостной улыбкой склонил голову и неспешно поплыл по тропинке перед нами. Макс усмехнулся и вальяжно остался стоять на месте, я топтался рядом с ним, сомневаясь – идти или не идти за бородатым.

Тот остановился в нескольких метрах, оглянулся и всё так же с улыбкой произнёс:

- Вам лучше пойти со мной, мы вам поможем.

Сам не знаю, почему, но я двинулся к бородатому, замечая боковым зрением, что Макс тоже топает позади.

Спустя минут десять вдали показались какие-то полуразвалившиеся деревянные сараи. Бородатый подвёл нас ко входу в первый из них, открыл скрипучую дверь и жестом пригласил войти. Так только вошли, дверь за нами захлопнулась. Макс попытался открыть её, но не смог.

- Вот так попадос! – развеселился кузен. – Боюсь-боюсь! Прикинь, он чё, думает, что из этой хаты реально не выбраться?

Мы посмеялись. Ну это же правда смешно – для мастера спорта по тяжёлой атлетике, жмущего без малого две сотни кэгэ за раз, и не пробить гнилые стенки трухлявого сарая?

Обошли всё помещение. В сарае было совсем пусто и не очень темно из-за света, пробивающегося между досок.

Макс стал работать. Сначала просто давил на стены всем своим весом, потом разбегался и бил ногами. Снял майку, обернул вокруг кулака и мощными ударами стал долбить в одно место.

Бесполезно. Стены остались невредимыми, даже щепки не откололось. Дверь тоже не поддалась.

Наконец Макс устал. Утёрся майкой и задумчиво сплюнул.

- Братан, по ходу мы в бункере.

- Может, подкоп сделать? – предложил я.

- Делай, - он криво усмехнулся. – Лопаты нет.

Я попробовал копать руками. Разгрёб приличный слой пыли и обнаружил бетонный пол.

Макс осмотрел потолок. Слишком высокий, даже если я стану ему на плечи, всё равно не дотянусь. Похоже, мы и правда попали.

Только я так подумал, как услышал звук, похожий на отдалённый шум толпы. Макс тоже услышал, поднял указательный палец и замер. Потом указал направление этим же пальцем, и мы пошли к дальней стене. В углу обнаружился узкий проход, который мы по непонятной причине не заметили, когда осматривали сарай.

Шум доносился оттуда. Я пошёл первым, следом с трудом протискивался Макс.

Вышли в странную… Комнату? Пещеру? Короче, куда-то вышли. Огромное тусклое помещение без окон, далеко впереди виднелся оранжевый свет. Подойдя ближе, мы увидели, что свет исходит из огромной круглой ямы, возле которой столпились люди.

В руках каждый из них держал большую ложку с очень длинным черенком. Толкаясь, они тянулись этими ложками к центру ямы, где на столбе-постаменте стоял котёл, наполненный кипящим мутным варевом. Зачерпнув из котла, люди подтягивали ложки к себе, явно желая поесть, но у них не получалось, ложка слишком длинная и тяжёлая, мутная жижа проливалась из ложки мимо.

- Чё за нафиг? – удивился Макс.

- Слушай… я, кажется, понял, где мы.

- И где?

- В аду. Померли мы. Утонули.

- Да ты чё! А как ты это понял?

- Мульт смотрел в сети, там ад точь-в-точь как это место. Чтобы попасть в рай, им надо кормить друг друга.

- Бред, – резюмировал Макс, - с каких это пор облизывание чужих ложек называется раем?

- При чём тут облизывание? Идея в том, что рай там, где люди помогают друг другу, а не пытаются справиться самостоятельно с безвыходной ситуацией.

Макс скептически усмехнулся.

- Братан, ты сам в это веришь? Брось смотреть мультики и повзрослей.

Мы подошли ещё ближе и одновременно споткнулись о появившиеся из ниоткуда две огромные ложки. Макс ругнулся, схватил одну ложку за черенок как дубину и направился к толпе. Я поднял вторую и пошёл за ним. Прикольно, ё-маё! Оказаться в мультике! Расскажу, не поверят. Тут же я вспомнил, что помер и рассказать никому ничего не получится… И приуныл.

Макс как ледокол прокладывал своим необъятным торсом путь к яме, народ несмело роптал, но расступался. Одна щуплая бабка замешкалась и не убралась с дороги, кузен свободной рукой поднял её за шкирку и просто отставил в сторону.

Наконец мы подошли к краю.

Макс колючим взглядом оценил обстановку и примерил длину ложки. Её как раз хватало, чтобы дотянуться до содержимого котла, но было недостаточно, чтобы перебросить мостиком через яму.

Братец обвёл притихший народ свирепым взглядом.

- Чё вы толкаетесь как бараны? Хотите жрать – давайте достанем эту похлёбку и поедим по-человечески, каждый своей ложкой.

Я так понял, что перспектива есть из чужой ложки моего кузена особенно раздражала.

Некоторые закивали. Макс воодушевился.

- Мужики есть? Подходите, потолкуем, как кастрюлю достать.

Подошло несколько парней. Я тоже шагнул поближе к брату.

- Так, мужики. Собираем все ложки. Будем строить мост.

- Не получится, - сказал один. – Крепить нечем.

Пока я чесал затылок, пытаясь придумать решение, Макс поймал какого-то парня, по виду рэпера, в вязаной шапке, широченных штанах и клетчатой рубахе, из-под которой виднелись две или три футболки.

- Раздевайся, капуста! Куда тебе столько тряпок?

Глаза парня наполнились слезами, чему я не удивился – с профессиональным тяжелоатлетическим захватом моего дорогого брата и мне доводилось несладко. Рэпер шустро стянул рубашку и две футболки и зябко скукожился в одной оставшейся майке. Макс стянул с его головы шапку, обнажив зарождающуюся плешь, отнял ложку и отпихнул в сторону.

Потом он схватил за руку ближайшую девчонку.

- Как зовут?

- Алёна, - пискнула та.

- Держи тряпки. Нарезай на верёвки. И шапку распусти.

- Тут ножниц нет, чем распускать?

- Да ё-маё! – выругался братец, подошёл к какой-то тётке с пучком на голове, выдернул шпильку и вручил инструмент девице.

Парни повеселели, стали собирать ложки.

Очень скоро народ организовался, ложки стали сдавать сами, лишнюю одежду распускали на жгуты и сматывали в бухты.

Потом стали делать мост. Связывали по две ложки черенками с нахлёстом одна на другую, потом пары между собой, потом поперёк, снова парами вдоль, пока не закончились все ложки. Получился мост, похожий на длинный плот, около полуметра шириной, крепкий с виду. Двое парней схватили его с разных концов, приподняли, но тут же бросили.

- Тяжёлый, зараза, - пожаловался один. – Тут человек шесть надо, чтобы поднять.

Макс усмехнулся, перехватил мост посередине, легко поднял и понёс к яме.

Там он набросил один конец моста на постамент, наступил на другой конец.

- Кто достанет котёл? Я слишком большой.

Все молчали.

- Серый, иди. В жизни должно быть место подвигу.

Я хотел возмутиться, но потом подумал, что всё равно помер. Ну и пошёл.

Совершить подвиг оказалось несложно. Котёл оказался нетяжёлым, я без усилий перенёс его по мосту на материк.

Люди голодными глазами смотрели на похлёбку, но Макс стал между котлом и толпой и жёстко сказал:

- Теперь разбираем плот и ломаем ложки так, чтобы ими можно было есть.

Спорить не стали. Разобрали, обломали, у каждого в руке оказался черпачок.

- В очередь! – рявкнул Макс. – Сначала дети, потом бабы, потом старики, потом мужики. Серый, ты на раздаче.

Спустя некоторое время я заметил, что котёл неисчерпаемый – я раздал порции примерно половине народа, но варево не убывало, оставалось всё на том же уровне.

Последним свою порцию получил Макс. Мы с ним с аппетитом ели реально вкусную похлёбку, оказалось, что из ложек она тоже не убывает, пока не наешься.

Сытые люди довольно разлеглись на полу вокруг ямы и неспешно обсуждали последние события.

Я тоже прилёг и закрыл глаза. Странное дело, вроде помер, а спать хочется.

Мне приснился бородатый чувак в балахоне. Он с улыбкой смотрел на меня и повторял одни и те же слова: «Рано вам ещё… Рано вам ещё…»

Потом я проснулся, дрожа от холода, насквозь промокший. Рядом шумно фыркал Макс, тоже весь мокрый, в оранжевом спасательном жилете. Увидев, что я открыл глаза, братец, стуча зубами, заявил:

- Ну ты, ё-маё, даёшь! Чуть не утоп. Что б я матушке твоей сказал? Только о себе думаешь, гад!

- Макс! Макс! Ты нас спас!

- Не нас, а тебя. Я не тонул, у меня всё под контролем. А ты чуть свинью мне не подложил, урод!

Макс ругался последними словами, но мне было всё равно, я валялся на мокрых камнях и улыбался.

- Макс, ты совсем ничего не помнишь?

- А что помнить? Как я тебя за шкварник к берегу тащил?

- Ну… сарай, яму… мост из ложек… помнишь?

- Ты, Серый, головой не ударился? Какой мост? Какие ложки? Давай очухивайся уже и кончай лыбиться. Домой двинем, лодки всё равно нет.

И мы двинули домой.

Я потом целых два года верил, что всё это мне привиделось в отключке. Но вчера Макс познакомил меня со своей невестой. Ага, той самой Алёной. И пока братец отвлёкся на срочный телефонный звонок, эта Алёна наклонилась ко мне и сказала:

- Я тебя помню. Это ты перенёс котёл через мост из ложек. А Макс вообще ничего не помнит.

И улыбнулась как другу, с которым нас связывает общая тайна.