Душа покойницы за спиной

“Как-то я ездила навестить тетку в деревню. Она написала в письме, что хочет перевести на меня свой дом, и просила приехать по этому поводу.

Деревня теткина стоит на отшибе, и идти надо было мимо кладбища. Я, вообще-то, до того дня ничего не боялась. А теперь вот… Но – судите сами.

Со стороны леса на дорогу вышла бабка. Когда я с ней поравнялась, она сказала:

– Ты до Комаровки идешь?

– Да, – ответила я.

Бабка спросила, можно ли ей со мной пойти.

– Дорога не моя, не купленная, идите, – пожала я плечами.

И она пошла за мной следом. Мне неудобно было идти быстро, раз уж она напросилась, да и молчать было неловко. Спросила я, как ее зовут.

Она в ответ:

– Щучихой всю жизнь звали.

– Почему? – удивилась я.

– Фамилия моя Щучьева, а имя Настасья.

– Вы в Комаровке живете? – опять спросила я.

– Жила, – ответила бабка.

Я решила, что она переехала из деревни в другое место.

– А ты чья? – спросила Щучиха.

– Я, Григорьевой Полины, племянница. Я у нее редко бываю, поэтому вы меня не знаете. Она позвала, чтоб завещание оформить.

– А зачем? Тебе на Покров помирать придется, – буркнула бабка и поотстала.

Я оглянулась, и у меня волосы дыбом встали. Сзади никого не было. Остальную часть пути я не шла, а бежала. Рассказала тетке, что произошло.

– Щучиха? Так она неделю назад удавилась, – ахнула тетка. И, вытащив пыльный альбом, нашла среди фотографий фото Щучихи.

Это была она. Я попросила тетку рассказать, в чем ее хоронили. Она описала ту одежду, в которой была моя попутчица: зеленая юбка, оранжевая кофта, и белый платок.

– Надо же, – запричитала тетка, – не зря говорят, что неприкаянная душа будет блуждать по земле, пока себе замену не найдет.