Дьявольское вмешательство

Ничему-то меня жизнь не учит. Сейчас уже, оглядываясь назад, я сомневаюсь в том, что кто-то вообще способен поверить в то, что случилось тогда… Но что было – того уже не изменить, даже если очень захочется. Итак, было мне на тот момент лет тринадцать, может, чуть больше. Любопытство сгубило немало кошек, и мне тоже на орехи досталось… С двумя подругами, не менее ненормальными, чем я, мы решили на досуге заняться спиритизмом и вызвать хоть кого-нибудь, чтобы было интересно. Про технику безопасности не задумывался вообще никто, крест я не носила никогда и постоянно пыталась продемонстрировать, что «я-то уже вообще ничего бояться не могу». Ой, и зря…

Выбрали мы для этого полянку в посадках за полем. Подробностей вызова писать не буду, факт в том, что «нечистая сила» таки явилась. Нет, видеть не видела. Только ощущала ледяное присутствие, жуткое… и очень злое. Каким образом я оказалась за пределами защитного Круга – уже не помню. Может, демонстрировала, что мне ничего не страшно, может, еще почему-то. Но домой я уже не смогла дойти.

Наш «мегакрутой» ритуал, естественно, был прерван. Не знаю, отправили ли они это существо восвояси, или оно ушло само – но меня дотащили до дома, где я смогла только жалобно простонать что-то вроде «мне так плохо…» и, кое-как дойдя до дивана, рухнуть на него. Мать, у меня, слава Богу, женщина мудрая. «Что делали?» – в лоб спросила она у меня. «Вызывали…». Мать покачала головой, заставила меня встать и начала ходить вокруг с зажженной церковной свечой. Та плевалась, чадила и трещала, мама сдержанно ругалась. Когда коптить стало меньше, меня заставили улечься в кровать и поставили рядом икону. Мама пошла в церковь, хотя не особо она у меня верующая.

Может, зря она это сделала? Оставив меня дома одну, она тоже косвенно поучаствовала в том, что случилось в итоге. Долго она не возвращалась – уже темнеть начало. На столе возле кровати бился язычок пламени в соляной свечке, давая неровный и тревожный свет. Уснуть я не могла – тело ныло, голова ужасно болела, наверняка температура была – выше некуда. По крайней мере, я чувствовала себя брошенной на сковородку. Потом в теле появилась странная легкость, мир вокруг словно перестал существовать – и от пляшущих черных теней на противоположной кровати стене отделилась фигура. Он шагнул в неровный круг света. И улыбнулся. Не смогу его описать, скажу только, что глаза у него были синие-синие, как небо в летний вечер, и волосы – цвета пламени, хотя, может, они и были огнем.

«Жить хочешь?» – спросил он у меня, подходя ближе и, пододвинув к кровати стул, задвинутый под письменный стол, сел на него, внимательно глядя мне в глаза.

То ли я прошептала «да», то ли кивнула – не помню. Факт в том, что он кивнул в ответ и положил руку мне на лоб. Лоб словно обожгло, но уже через мгновение исчезла вся боль, стало как-то очень спокойно и хорошо.

Он снова кивнул, и я уснула. Проснулась от того, что в дверь моей комнаты стучала мама – дверь оказалась заперта изнутри. Стул стоял около кровати, а в комнате отчетливо можно было различить запах серы. Удивившись тому, как легко у меня получилось вскочить и быстро оказаться возле двери, ведь вчера я даже пошевелиться уже не могла, я открыла замок и сообщила маме, что уже всё в порядке…

Конца у этой странной истории нет – она тянется вот уже восемь лет, не прерываясь ни на день. Не знаю, кто это был, какое проявление дьявольского вмешательства, но я не боялась его тогда, не боюсь и теперь. Договоров никаких нами заключено не было, никаких условий он мне не предоставил, так что зачем он это сделал – до сих пор остается для меня загадкой. Хотите – верьте, хотите – нет.