Эта ужасная школа. Эпизод 8

- Как дела? - спросила Фрэнни, шагнув в комнату.

Я застыл с открытым ртом, с чёрными глубокими кругами вокруг глаз, со стекающей по моему изрезанному лицу яркой кровью.

Фрэнни осмотрела комнату.

- Классные постеры, - сказала она. - А ты видел тот фильм про наполовину парня, наполовину паука?

- Эм... конечно, - ответил я.

Джейми бы уже сорвала голосовые связки от крика. Что не так с Фрэнни? Она вела себя так, словно моё лицо было абсолютно обычным.

Почему она не спросила меня об этом?

- Ты хорошо изучил это место? - спросила она.

Я покачал головой.

- Не особо.

Кожа под макияжем начинала зудеть.

Она подняла мою статуэтку человека-волка.

- Не хочешь прогуляться? Я покажу тебе все классы и места, которые тебе нужно знать.

- Да. Здорово, - ответил я.

Почему она так мила ко мне? Директор сказал ей помочь новенькому?

- Я только смою всё это, - сказал я, указывая на своё лицо.

Она уставилась на меня.

- Хочешь сказать, это грим?

- Ха-ха, очень смешно, - сказал я. Я схватил полотенце и направился по коридору в ванную.

Пару минут спустя мы уже спустились по лестнице прочь от спален и шли по запутанным коридорам.

- Вэйн и Анджело, наверное, провели для тебя не очень хорошую экскурсию, - сказала Фрэнни.

- Да нет, нормально, - ответил я. - Но потом произошло то ужасное падение.

Я содрогнулся. Я опять представил, как Вэйн катится вниз по лестнице, ударяясь головой о каждую ступеньку. Я снова слышал эти ужасные шлепки.

- Не знаешь, как он там? - поинтересовался я.

Фрэнни закусила нижнюю губу.

- Не очень хорошо, - тихо сказала она. - Его забрали в комнату оживления. Но это не сработало.

Я уставился на неё.

- Прошу прощения? Не сработало?

- Да. Ну ты знаешь, - ответила она.

- Вообще-то нет, - сказал я. - Я же новенький, помнишь? Расскажи мне, что происходит в комнате оживления.

Фрэнни какое-то время просто изучала меня. Не знаю, о чём она думала. Может, что я не в себе, раз не знаю, что такое комната оживления.

- Если тебе плохо или у тебя травма, ты идёшь в эту комнату, - наконец сказала она. - И включаешь оживитель.

Мы завернули за угол. Фрэнни помахала группке девочек. Две из них были наверху лестниц. Они вешали красно-чёрный транспарант с надписью «Вперёд, Стервятники!».

Мы прошли под транспарантом и направились к задней двери школы.

Через окна я видел серое небо. Вечернее солнце почти скрылось за холмом.

- Когда он включается, - продолжала Фрэнни, - напряжение такое высокое, что вся комната трясётся и жужжит.

- Н-напряжение? - заикаясь, выдавил я.

- Высоковольтный удар помогает большинству детей, - сказала она. - Полностью восстанавливает их.

Я недоуменно уставился на неё.

- Правда?

Она похлопала меня по плечу.

- Чего бы это ни стоило, правильно?

Мы открыли дверь и вышли наружу. Вниз к траве вела короткая лестница. Я видел зелёные игровые площадки. Рядом с ними был покатый холм.

Около бейсбольного поля два мальчика перекидывались бейсбольным мячом. Ударяясь об их перчатки, мяч издавал приятный глухой стук. Мальчики играли не очень хорошо. Они постоянно роняли мяч, и им приходилось идти за ним.

Больше никого снаружи я не увидел. Солнце уже почти село. Становилось всё холоднее.

Мы с Фрэнни шли в сторону футбольного поля. Лёгкий бриз отбрасывал назад её тёмные волосы, и она подставляла лицо ветру, пока мы медленно прогуливались.

- То есть Вэйна отнесли в комнату оживления? - спросил я. Мне никак не удавалось выбросить это из головы.

- Он не вернулся, - сказала Фрэнни. Она продолжала смотреть прямо перед собой.

- Его больше нет, - безразличным голосом продолжала она. Она не казалась ни капельки расстроенной.

- Бедный Анджело, - пробормотал я. - Ему, наверное, очень грустно.

Мы ступили на футбольное поле. Трава там была ровной, как на поле для гольфа.

Две огромные вороны закаркали, пролетая над нашими головами.

Я испуганно подскочил.

- Ты привыкнешь к воронам, - сказала Фрэнни. - Они считают себя здесь хозяевами.

Я указал на высокий чёрный забор за футбольным полем. Он был намного выше нашего роста, а по ширине был как холм.

- Этот забор... - начал я.

- Никто не хочет туда возвращаться, - сказала Фрэнни. - Слишком печально. Слишком грустно.

- А? Грустно? - переспросил я. Что она имеет в виду?

Фрэнни повернулась ко мне.

- Ты же не хочешь туда возвращаться, а, Мэтт?

- Нет, конечно нет, - ответил я.

Если бы я знал, что совсем скоро окажусь там. - Как дела? - спросила Фрэнни, шагнув в комнату.

Я застыл с открытым ртом, с чёрными глубокими кругами вокруг глаз, со стекающей по моему изрезанному лицу яркой кровью.

Фрэнни осмотрела комнату.

- Классные постеры, - сказала она. - А ты видел тот фильм про наполовину парня, наполовину паука?

- Эм... конечно, - ответил я.

Джейми бы уже сорвала голосовые связки от крика. Что не так с Фрэнни? Она вела себя так, словно моё лицо было абсолютно обычным.

Почему она не спросила меня об этом?

- Ты хорошо изучил это место? - спросила она.

Я покачал головой.

- Не особо.

Кожа под макияжем начинала зудеть.

Она подняла мою статуэтку человека-волка.

- Не хочешь прогуляться? Я покажу тебе все классы и места, которые тебе нужно знать.

- Да. Здорово, - ответил я.

Почему она так мила ко мне? Директор сказал ей помочь новенькому?

- Я только смою всё это, - сказал я, указывая на своё лицо.

Она уставилась на меня.

- Хочешь сказать, это грим?

- Ха-ха, очень смешно, - сказал я. Я схватил полотенце и направился по коридору в ванную.

Пару минут спустя мы уже спустились по лестнице прочь от спален и шли по запутанным коридорам.

- Вэйн и Анджело, наверное, провели для тебя не очень хорошую экскурсию, - сказала Фрэнни.

- Да нет, нормально, - ответил я. - Но потом произошло то ужасное падение.

Я содрогнулся. Я опять представил, как Вэйн катится вниз по лестнице, ударяясь головой о каждую ступеньку. Я снова слышал эти ужасные шлепки.

- Не знаешь, как он там? - поинтересовался я.

Фрэнни закусила нижнюю губу.

- Не очень хорошо, - тихо сказала она. - Его забрали в комнату оживления. Но это не сработало.

Я уставился на неё.

- Прошу прощения? Не сработало?

- Да. Ну ты знаешь, - ответила она.

- Вообще-то нет, - сказал я. - Я же новенький, помнишь? Расскажи мне, что происходит в комнате оживления.

Фрэнни какое-то время просто изучала меня. Не знаю, о чём она думала. Может, что я не в себе, раз не знаю, что такое комната оживления.

- Если тебе плохо или у тебя травма, ты идёшь в эту комнату, - наконец сказала она. - И включаешь оживитель.

Мы завернули за угол. Фрэнни помахала группке девочек. Две из них были наверху лестниц. Они вешали красно-чёрный транспарант с надписью «Вперёд, Стервятники!».

Мы прошли под транспарантом и направились к задней двери школы.

Через окна я видел серое небо. Вечернее солнце почти скрылось за холмом.

- Когда он включается, - продолжала Фрэнни, - напряжение такое высокое, что вся комната трясётся и жужжит.

- Н-напряжение? - заикаясь, выдавил я.

- Высоковольтный удар помогает большинству детей, - сказала она. - Полностью восстанавливает их.

Я недоуменно уставился на неё.

- Правда?

Она похлопала меня по плечу.

- Чего бы это ни стоило, правильно?

Мы открыли дверь и вышли наружу. Вниз к траве вела короткая лестница. Я видел зелёные игровые площадки. Рядом с ними был покатый холм.

Около бейсбольного поля два мальчика перекидывались бейсбольным мячом. Ударяясь об их перчатки, мяч издавал приятный глухой стук. Мальчики играли не очень хорошо. Они постоянно роняли мяч, и им приходилось идти за ним.

Больше никого снаружи я не увидел. Солнце уже почти село. Становилось всё холоднее.

Мы с Фрэнни шли в сторону футбольного поля. Лёгкий бриз отбрасывал назад её тёмные волосы, и она подставляла лицо ветру, пока мы медленно прогуливались.

- То есть Вэйна отнесли в комнату оживления? - спросил я. Мне никак не удавалось выбросить это из головы.

- Он не вернулся, - сказала Фрэнни. Она продолжала смотреть прямо перед собой.

- Его больше нет, - безразличным голосом продолжала она. Она не казалась ни капельки расстроенной.

- Бедный Анджело, - пробормотал я. - Ему, наверное, очень грустно.

Мы ступили на футбольное поле. Трава там была ровной, как на поле для гольфа.

Две огромные вороны закаркали, пролетая над нашими головами.

Я испуганно подскочил.

- Ты привыкнешь к воронам, - сказала Фрэнни. - Они считают себя здесь хозяевами.

Я указал на высокий чёрный забор за футбольным полем. Он был намного выше нашего роста, а по ширине был как холм.

- Этот забор... - начал я.

- Никто не хочет туда возвращаться, - сказала Фрэнни. - Слишком печально. Слишком грустно.

- А? Грустно? - переспросил я. Что она имеет в виду?

Фрэнни повернулась ко мне.

- Ты же не хочешь туда возвращаться, а, Мэтт?

- Нет, конечно нет, - ответил я.

Если бы я знал, что совсем скоро окажусь там.

И мне там ни капельки не понравится!