Игрун

Получилось так, что я с сыном осталась жить одна. С мужем развелись, мама уехала на пмж в Питер, отец на тот момент умер уже лет как пять. В этой квартире моих родителей никаких странностей, привидений, домовых я не замечала. Все было хорошо и спокойно, жили в ней счастливо. Этаж последний, не проходной, соседи все свои, на площадке тишина.

Все началось осенью, темнеть стало быстрее, и спать мы с сыном ложимся около десяти вечера. Я по натуре сова, поэтому засыпаю все равно не раньше двенадцати. Поэтому часто лежала в полной тишине, слушая лишь, как посапывает мой сынок, и рассуждая о своей жизни, мечтая о будущем.

В один из таких поздних вечеров как обычно лежу в полной тишине, как вдруг надо мной кто-то пробежался. Звук бега, словно по камням. Кто-то бегает по чердаку? Но вход на чердак через мой подъезд, и он опечатан в связи угрозой терроризма. А минут через десять бега по чердаку шаг замедлился, и над моей спальней стали ходить взад-вперед. Лежу я и думаю, наверное, бомж все-таки пробрался и расхаживает. И что ему не сидится? И все это время примерно уже часа полтора туда-сюда. Я, психованная, встаю, хотела взять пылесос и постучать по потолку, как шаги прекратились.

Утром оборвала все телефоны нашей управляющей компании. Сотрудники УК проверили все входы на чердак. Все они были закрыты и опечатаны. Все это показалось мне странным, но сильно рассуждать и заморачиваться на тему, кто ходил над моей спальней, я не стала. Рабочий день и будничная суета взяла свое.

Жизнь пошла своим чередом, все было как обычно, над моей головой никто не бегал, не топал. Прошло две или три недели, и я забыла об этом случае. Да еще новая должность, и моя жизнь стала похожа на длинную дистанцию, по которой мне непременно надо бежать, бежать, не останавливаясь. Лишь ночью я могла остановиться, засыпая со своими мыслями, обдумывая свой завтрашний забег.

В один такой ничем не отличающийся поздний вечер, когда сын под моим боком наверняка видел десятый сон, я как всегда осталась наедине со своими мыслями. Стояла полная ночная тишина. Полный покой, усталость отступает, момент входа в сон, полное расслабление. Это когда ты чувствуешь, что вот-вот заснешь, одно из приятных чувств. И в этом полном спокойствии четко слышу шаги. Шаги, словно кто-то прошел из кухни через коридор, зашел в зал и остановился. Дверь спальни, в которой мы спали с сыном, открыта как раз в зал. Мне не по себе, четко понимаю, что в моем зале кто-то стоит. Какое-то время я продолжала лежать прислушиваясь. Минуты через две я встала, подошла к дверному проему спальни, заглянула в зал. В этот момент этот кто-то убежал на кухню. Мне было настолько не по себе. Страшно. Собравшись с мыслями, я меньше чем за минуту включила свет во всей квартире, кроме спальни, где спал сынок. Проверила входную дверь, окна – все обычно. Так всю ночь и спала с включенным светом.

На следующий вечер спать легла, включила детский ночник, тускловато-голубой свет залил нашу спальню. Сон, как ни странно для меня, совы, пришел быстро. Я уже не помню деталей сна, но мне снился очень хороший сон. И сквозь мой прекрасный сон я слышу, как меня зовут. Зовут по имени, так, когда пытаются разбудить. Я поворачиваюсь набок к двери спальни, открываю глаза. У моей кровати стоит мужичок ростом не больше метра. Курносый нос, большие глаза, и то ли с бородой он, то ли у него повязан шарф. Непонятно, так как я не разглядела его рот. Он зовет меня по имени и тянет ко мне руку. Такую маленькую пухленькую руку, как у карликов, с очень короткими пальцами. Моя реакция была для меня странной, я ему говорю:

– Что, б***ь, надо, отвали от нас!

Он вмиг исчез, словно его и не было, и в это же мгновение на кухне раздался невероятный грохот. Я вскочила, включила свет. Прошла на кухню, а там в посудном шкафу оборвалась полка, на которую ставят тарелки для сушки. На часах было четыре тридцать. Больше я не уснула. Сын же спал спокойно до утра, его не разбудил ни мой мат, ни шум на кухне, ангельский сон.

Днем созвонилась с мамой, все ей рассказала, как я тут жути натерпелась. Она мне сказала, что, мол, это наш домовой меня в хозяйки принять хочет. Почти такое же было и с ней лет тридцать назад, когда они с отцом обменялись на эту квартиру. Мама тогда советовалась с моей бабушкой после определенных ритуалов. Они выяснили, к какому типу домовых он относится . Оказалось, что он игрун. Он у нас играть любит, и ему надо в кухне наверху поставить открытую банку с монетками, пуговками и старыми бусами.

Моему возмущению не было предела. Нормально, сама в Питер свалила, а мне про игруна и про то, что он любит или не любит, ни слова. Мама же на мои возмущения ответила, что он давно не проявлял себя. Поэтому и забыла мне совет дать.

Вечером, придя домой, я поставила жестяную банку из-под печенья, наложила монет, пуговиц, бусинок и старых бус. С тех пор я его больше не видела. Только иногда слышно, как кто-то пробегает по квартире.