Как братишка одноклассницы сбежал из рабства

Был этот разговор в 2018.

— Ты прикинь, мамкин любимчик в рабстве побывал. Его ровно 8 лет искали, не нашли.

— Теперь как он, психика?

— Он раньше был такой, помнишь, любимец компании, шустрый, веселый, красавец и его все обожали (надо сказать, Олька с детства была очень завистлива, даже ко мне, подруге, если сама носила очки, хромая, «некрасивую кто возьмет», то осуждала всех счастливых: идет пара («ну дурааак, с такой замухрышкой еще и дети» и подобные отзывы доставали, гулять с ней было тяжело, но, кроме меня, никто не гулял)), в принципе-то он таким и остался, но вот глаза…

Нам с мамкой он рассказал только, как всем говорят: поймали, напоили, забрали все документы, увезли очень далеко (Кавказ). Может, Серому и сказал, но нам — нет. Он из столицы к нам приехал в первый раз, живет у женщины с дитём, но не приглашает. Мы же с ним не уживаемся, он только с мамкой.

— Устроился на работу?

— Да, малярит где-то, шабашки.

— Как сбежал?

— Вот не говорит, но их двое было, одного машина задавила, не успел дорогу под проволокой перебежать. Наш везунчик бежал дальше. Может, и не помнит.

А я помню этого мальчонку. Ревновала она и к нему мать, тех, кто его обожал, о нем хорошее говорил. Он был на десять лет нас младше. Мы с ней — выпускной класс — по 16 лет, а он — ребенок от второго гражданского брака. Веселый, голубоглазый, улыбчивый и всегда довольный жизнью мальчик, и теперь жизнь почему-то решила его успокоить. Но какой ценой!

1985-2018