Как мы с рыбалки возвращались

Решили мы как-то с отчимом порыбачить. Дома договорились, что вернёмся к трём часам дня. Поехали на мотороллере, но рыбалка не совсем удалась, и мы решили ехать обратно, а было около 12 часов. Проехали по мосту к городу, выехали на нужную нам улицу, и тут началось.

Бордюры вдоль дороги выкрашены белой краской, и даже нанесены пешеходные переходы. На первом перекрёстке стоит светофор, а по обе стороны от него — пешеходные переходы, чего отродясь никогда не было. Улица, можно сказать, «задворная», третьестепенная.

По проезжей части забегала детвора — девчушки с бантами и надувными шариками в ручонках, мальчишки — на «псевдолошадках». Так что пришлось сбавить скорость и еле плестись. Заметил, что нигде нет автомашин. На пересекающих улицах — пусто и даже на видимой главной ничего, ни людей, ни машин.

Тут слева, впритык к дороге, сидят кругом какие-то пожилые люди на табуретках и скамеечках, на нас «ноль» внимания. Одеты тепло, не по сезону.

Кричу отчиму в ухо:

— Где мы?

Он в ответ:

— Не знаю!

А он знал город, как свои пять пальцев — работал на мотороллере в «Рыбкоопе».

Едем далее, справа опять народ. Опять сидят кружком, разговаривают. А один мужичок, в треухе и телогрейке (одно ухо шапки торчало вверх) облокотился на подоконник. Смотрю на его лицо, и вдруг он меня увидел. Глаза у него стали, как пятаки, шапка поднялась на волосах, рот раскрылся от невероятного удивления. Мы ехали очень медленно, и он неотрывно глазел на меня. Я не мог понять, что его так удивило.

Едем дальше, опять перекрёсток со светофором. И что самое курьёзное, вокруг светофора опять сидят кружком люди и одеты тепло. А на дворе июль, в южном городе. Поехали быстрей, так как не стало видно детворы.

Едем, попадается местность, которая находится в других частях города. Так проехали парк, которого на этой улице никогда не было. Мы уже замучились, но никак не можем выехать к своему дому! Наконец выехали к нашей улице, но на 3-4 квартала ниже, чем должны были, хотя никуда не сворачивали. Пересекли улицу и опять долго крутились, пока добрались к своему сараю, где ставили мотороллер.

Домашние с возмущением:

— Куда вы пропали? Уже 6 часов, а договаривались, что будете в три!

Но самое интересное, домочадцы с виду наши, а вовсе не наши — мы их не чувствуем как родных. Между нами какая-то холодная стена. А позже вообще было удивительно.

Сестра, например, вспоминает какой-то случай и спрашивает:

— Ты помнишь?

А я знаю, что со мной такого ничего не было, а было совсем другое. Так и с другими родственниками — многое не совпадало.

Я, поняв, в чём дело, стал внимательно всматриваться в людей, мне знакомых, — а вдруг кому деньги должен? Но вроде косых взглядов не было. Вот такие пироги.