Как покойная мать спасла дочь

Как покойная мать спасла дочь.

Ася Боброва проснулась от собственною крика. Стрелки на часах показывали 3 часа 15 минут. Выпив воды, Ася попыталась снова заснуть, но это ей не удавалось. Из головы не выходил леденящий душу сон, и до сих пор в груди тревожно бухало сердце.

— Ерунда, — пыталась успокоить себя Ася, но покой не приходил. Семь месяцев назад у Ася умерла мама. Умерла она, не болея, вернее, никогда не жалуясь на свое здоровье, а тут раз — и сердечный приступ. Пока «скорая» не подъехала, она еще разговаривала с Асей, а как только врачи вошли, произошла остановка сердца.

Врачи пытались ее спасти, но им это не удалось. Ася была единственным, любимым ребенком у Анастасии Павловны, и у Аси после смерти мамы никого не осталось. Со дня ее смерти Ася ни разу не видела ее во сне, хотя ей этого очень хотелось. А в ту ночь она наконец-то увидела мать во сне, но сон ее не обрадовал, а сильно напугал.

Будто подошла Анастасия Павловна к Асе в том наряде, в котором ее похоронили, и стала ей говорить на ухо, чтобы никто не слышал:

— Асюта, умоляю тебя, не ходи сегодня на работу, иначе ты сгоришь!

— Мама, — сказала в ответ ей Ася, — как же я не пойду на работу, у меня нет больничного листа, да и отгулов тоже. Я с таким трудом нашла эту работу, а ты советуешь мне прогулять. Да меня просто уволят после этого! Тогда мать подозвала Асю к окну и сказала:

— Смотри.

За окном горело здание, оно было полностью охвачено огнем. Ася видела Олега Петровича, своего начальника, у него горели волосы на голове и костюм, он дико кричал и метался по горящему зданию, а кругом стоял гул от огня, летели искры и падали балки дома.

Ася видела обугленные трупы и себя в горящем платье. Потом она уснула, будто провалившись в какую-то темную яму. И опять ей было тяжело и неуютно: она видела мелькавшую во сне маму, как она закрывала на замки и ключи их дверь то с той стороны, то с другой.

Разбудил ее звонок будильника. Она поднялась и стала собираться на работу. Вначале у нее сломалась расческа и она потеряла время, чтобы найти щетку для волос. Наконец она нашла ее в ванной. Потом разъехалась «молния» на новом платье, защемив ей бюстгальтер, и Ася никак не могла вылезти из платья.

Чем больше она торопилась, тем больше препятствий у нее выходило. Опрокинулась любимая мамина ваза (Ася нечаянно ее задела). Ася порезала руку и вынуждена была заняться ее перевязкой. Потом она не могла найти ключи от квартиры, хотя была уверена, что положила их на место. Найдя ключи, она никак не могла открыть, а потом закрыть двери.

Когда ей это удалось, с ней чуть не началась истерика. Часы показывали, что она опаздывает, а это было недопустимо. А ей еще предстояла дорога. И туг раздался телефонный звонок. Схватив трубку, она услышала взволнованный голос своей приятельницы Тани, которая работала официанткой кафе, находившемся напротив ее работы.

Таня, услыша ее голос, воскликнула:

— Господи, ты жива! Здание ваше, Аська, горит, я за тебя волнуюсь. Ты заболела, что ли?

— Нет, — ответила Ася, — меня мама не пустила.