Как проходил последний день осуждённого на смерть в СССР?

Смертная казнь в СССР существовала с самого основания государства до его распада. Приговор могли вынести за различные деяния, от тяжёлого преступления до признания «врагом народа». До сих пор многие цифры и аспекты процедуры покрыты тайнами и мифами. Как проходил последний день человека, осужденного на смерть, и в каких условиях его содержали?

Смертная казнь на Руси существовала с Раннего Средневековья и вплоть до 2009 года. При этом в царской России у заключённого оставалась возможность высказать последнюю волю. В зависимости от социального положения, характера преступления или просто подкупа приговорённый мог попросить свидание с семьей, встречу со священником или ужин.

Традиция «последнего желания» до сих пор существует в США. В большинстве штатов общая стоимость заказа смертника ограничивается 40 долларами, но допускает небольшое количество алкоголя. Как обстояли с этим дела в Советском Союзе?

В СССР особого отношения к смертникам не существовало. Их содержали в обычных камерах и кормили общим тюремным пайком. Чаще всего приговор исполнялся в тот же день, когда его оглашали.

Согласно распоряжениям Верховного трибунала ВЦИК от 1922 года, казни проводились в ночное время. Заключенного вывозили за пределы тюрьмы, производили несколько выстрелов и здесь же закапывали.

Никаких формальностей, ритуалов и последнего слова осужденному не предоставлялось. Не было обязательным присутствие на казни врача. Констатацию смерти производил сам палач. Чтобы могила погибшего не стала местом паломничества, её тщательно маскировали дерном.

Родственникам о расстреле осужденного не сообщалось. В целях гуманности приговорённому не сообщали цели поездки, а перед выстрелом завязывали глаза. Наибольшего размаха казни достигли в годы Большого террора, когда за период с 1937 по 1938 года органы НКВД вынесли более 680 тысяч смертных приговоров.

Во второй половине XX века репрессионная машина стала значительно гуманней, а смертные приговоры выносились реже. После оглашения приговора у заключенных появилась возможность составить кассационную жалобу и просьбу о помиловании.

Рассматривались такие заявления месяцами, что давало человеку время и надежду на счастливый исход. Зачастую приговор действительно заменялся тюремным заключением, при этом не всегда пожизненным.

Всё это время осужденный коротал в одиночной камере. Потенциальному смертнику запрещались свидания, прогулки и передачи с воли. Однако были разрешены книги из местной библиотеки. Выходил из камеры заключенный лишь раз в неделю в душевую.

Питался он так же, как и остальные осужденные. Тюремное меню включало мясо, молоко, крупы, овощи и даже фрукты. В реальности мясо оставалось у начальников и до заключенных не доходило, молоко выпивали кухонные работники и сидельцы «со статусом», а овощи и фрукты часто оказывались несвежими.

Сбежать и спастись от приговора было практически нереально: тюремные поселения находились далеко от городов и деревень и тщательно охранялись.

Согласно воспоминаниям бывшего начальника тюрьмы Азербайджанской ССР Халида Махмудовича, о своем последнем часе смертник узнавал интуитивно. Осужденного под конвоем уводили в подвальное помещение.

Там комиссия в составе начальника тюрьмы, сотрудника прокуратуры, врача и учетчика еще раз зачитывала ему приговор, а потом отказ в помиловании. В следующую минуту конвоиры заводили человека в комнату без окон, сажали его на колени, а палач спускал курок.

Ни о каком последнем слове, последней трапезе и последнем желании в СССР не могло идти и речи. Впрочем, как утверждали тюремщики, атмосфера перед казнью складывалась такая, что об этом не вспоминали и сами заключенные.