Как вы умерли

— Да нахрен, мужик! — Женька оттолкнул доску в сторону и встал. — Ты же помнишь, чем это всегда заканчивается во всех этих фильмах!

— Сдрейфил? — Кирилл ухмыльнулся. — Гони бабосики, мы договаривались — кто смоется, тот и платит!

Женька пару секунд смотрел на доску.

— Если я стану одержимым как эти, в «Сверхъестественном», или со мной случится еще какая-нибудь фигня — первым я покусаю тебя, — пообещал он, однако сел за стол. — Так что нам делать?

— Ну, я погуглил, говорят, что вроде как надо просто положить пальцы вот на эту штуку-глаз и… спрашивать вопросы, типа, кто тут, откуда вы, как там, не охотятся ли на вас охотники за привидениями…

— ******, короче, — Женька оскалился. — Наверняка один из нас просто должен напугать другого, двигая эту хрень. Вот и все общение с духами.

— Обещаю, что ничего не буду делать, если ты тоже не будешь! — запротестовал Кирилл.

— Да ладно ты, давай пробовать.

Оба уставились на глаз, никто не пошевелился. В комнате было жарко, солнце светило за окном, яркое и горячее.

— Давай, чего уж там, — Кирилл положил пальцы на указатель и посмотрел на Женьку.

Тот неторопливо достал сигарету, щелкнул зажигалкой, выдохнул дым и пожал плечами:

— Бред какой-то, ну да ладно.

Кирилл с неодобрением посмотрел, как друг стряхнул пепел на стол — его бесило то, что Женька так безалаберно относился к огню, не боялся его, а ведь любая, самая маленькая искорка могла привести к пожару. К тому же лето сегодня ну очень уж жаркое, солнце палило просто невыносимо. Но не говорить же об этом сейчас? К тому же Женька уже поставил пальцы напротив пальцев друга, так что Кирилл промолчал — в который раз.

— Так что мы будем спраши… — глаз дернулся, и Женька замолчал.

— Т-У-Т-Е-С-Т-Ь-К… — начал читать Кирилл едва слышным шепотом.

— ** ЖЕ Ж ТВОЮ МАТЬ! — заорал Женька, подпрыгнув в кресле. Его взгляд зажегся страхом… но и интересом.

—… Т-О-Н-И-Б-У-Д-Ь, — закончил приятель и повторил:

— «Тут есть кто-нибудь», прикинь?

— Я думал, что это МЫ должны задавать вопросы! — Женька смотрел на Кирилла во все глаза, дым от позабытой сигареты клубился в пропитанной жарким воздухом комнате.

— Я тоже, — ответил Кирилл, его взгляд не отрывались от доски и от глаза-указателя на ней.

— И-и-и? — Женька затянулся, запыхал сигаретой.

— Ну, наверное, нам стоит… — Кирилл замолчал и передвинул указатель на красное слово «ДА» в углу доски.

— ****** в рот, — восхищенно выдохнул Женька, глядя, как указатель заскользил по доске, показывая новые и новые буквы.

«К-А-К-Т-Е-Б-Я-З-О-В-У-Т»

— Ох, — выдавил Кирилл, его голос чуть дрожал, по лицу, освещаемому светом заходящего солнца, катился пот. Он быстро подвигал указателям по буквам: КИРИЛЛЕВГЕНИЙ.

Все замерло. Женька дымил сигаретой, Кирилл вытирал обильно катящийся со лба пот, и они не отрывали взгляда от глаза, замершего в тишине квартиры, в которой почему-то запахло паленым. И этот свет… этот свет от солнца — он был слишком ярким, как будто само светило горело яркими языками пламени.

А потом глаз задвигался.

— Нет… нет, я не понимаю…

— Что это за херня, Киря?! — заорал Женька, его лицо вытянулось, оно стало бледным и вместе с тем на нем было понимание. — Что это, *****, значит?!

Глаз остановился, пробежавшись по буквам, составив предложение:

«К-А-К-В-Ы-У-М-Е-Р-Л-И».