Кaмень

Это был апрель. Наверное, самый скучный апрель на моей памяти. Мне было 23 года, и я туповато таращился в монитор, когда глаз зацепился за объявление туристического похода в Адыгее. Эврика! И заявка была оформлена.

До сих пор помню, было 28 апреля. На рассвете организованная группа вышла на туристический маршрут. Описывать поход в подробностях я не стану. Это было увлекательно, красиво, и невыносимо тяжко. Я оказался не готов к таким нагрузкам. Всем рекомендую. :)

Моя история о том, что случилось после.

Поход был однодневным, и вечером мы заселились в гостиницу. После короткого отдыха всех пригласили на ужин, плавно перетекший в посиделки у костра с гитарой. Атмосфера романтики и тому подобное. Но я так сильно вымотался за время похода, что всё и все меня только раздражали. Примерно через полтора часа ко мне подсел рослый парень. Представился Тагиром. Спросил, как я себя чувствую, услышал, что «погано», и замолчал. У меня хорошая зрительная память, и я запомнил (исключительно в лицо) всех, кто был со мной в группе, всех, кроме него. Этот парень был явно местный. Хотя для местного он показался мне крупноват. Тагир просто обязан был привлечь внимание всех девушек в радиусе километра, мне было несколько некомфортно рядом с ним, хотя комплексов у меня не так много. Но девушки завороженно следили за гитарой, а мы сидели совершенно незамеченными.

- Держи, станет лучше. – И он протянул мне глиняную чашку (где только взял?), с какой-то жидкостью.

Я посмотрел на нее скептически. Но парень был весьма спокоен и, даже, далек. Зачем-то я выпил предложенный напиток. В чашке оказалась вода. Обычная, холодная вода, словно из родника. Чашка была возвращена с благодарностью и недоумением. И снова сидим молча, смотрим на костер.

- Куришь? – задал вопрос мой сосед.

- Курю.

- Пойдем?

- Пошли.

Мы отошли подальше от «праведников» и закурили. Я в то время пытался бросить. И, откровенно говоря, шалость не удалась). Тагир угостил меня сигаретой. Уж не знаю какой и откуда он её достал, но табак был великолепный! Мы молча бродили, курили и думали, каждый о своем. Мне становилось лучше с каждым шагом, каждым вздохом и совершенно не напрягало присутствие постороннего человека. Мы добрели до реки Белой. Берег обрывался метра на три вниз, и звезды тускло освещали коряги и камни на обмелевшем дне.

- Здесь бы камень положил кто – грустно сказал Тагир, - не дело вот так, без камня.

Я взглянул на него. Парень застыл на краю обрыва и смотрел вниз. От реки поднимался туман или на реку спустилось облако.

- Пойдем обратно, поздно уже, – позвал мой спутник, поворачивая обратно.

Через пол часа мы вернулись к костру, у которого я благополучно задремал. Меня разбудил звук заливаемого костра, и все отправились в номера спать.

Утром группу собрали у автобуса для следующей экскурсии (второй день обещал быть легким и расслабляющим). Моего ночного знакомого среди собравшихся не было, зато была абсолютная уверенность в том, что его и не должно было здесь оказаться. Мой взгляд упал на большой камень у развилки неподалёку. На нем лежало много штучных сигарет, а под ним – цветы. «Так вот откуда была злосчастная ночная сигарета» – мелькнуло у меня в голове. Но следом возникла и другая мысль, которую я не постеснялся озвучить нашему гиду.

- Николай, а это что за диво?

- Ты про камень? Две недели назад пропал местный парень, на этой развилке его видели в последний раз. Тело так и не нашли, но, откровенно говоря, назад его уже не ждут. – Гид помолчал, и мне показалось, что он был знаком с вышеупомянутым. А после вздоха продолжил. – Видный был парень. Спасателем работал. У местных народов есть традиция, на могилу кладут камень, а поскольку могилы нет, камень положили здесь. Сигареты - от друзей, цветы – от подруг.

Гид больше ничего не сказал. А я отпросился отойти на 20 минут. Уж не знаю, что меня дернуло, но абсолютная уверенность в правильности действий присутствовала. Найти «ночное место стоянки» оказалось нетрудно. На удивление и подходящий камень нашелся быстро. Сигарет у меня не было. Был «сникерс» и зажигалка (хорошая, Zippo, любимая), их я там и оставил. Не уверен, что сделал всё правильно, но на душе стало спокойнее. А на экскурсии в монастыре я увидел золотого жеребца (скорее всего он золотился от яркого солнца, но было эффектно), под большим зеленеющим дубом. Я решил, что это хороший знак.