Карма существует. За что боролся, на то и напоролся!

Карма существует. Вор не осознал, своровал у простых да карма сбила его.

Гриша отсидел за воровство. Жизнь его не научила. Жена бросила, детей нет.

Дома остались старая мать, братишка младший больной, у которого друзья - телевизор да компьютер. Старший брат сожительствует, но жениться не собирается. Детей ни у кого нет, бабка внучкается в саду с весны до почти зимы. Да с младшим.

Зашла я как-то к соседям, у них что-то с унитазом, а в нашем доме сантехника и хорошая станет плохой, у нас сантехники ушлые.

Как единственный уважаемый в городе сантехник "Длинный" (его прозвище, имя никто и не помнит) сказал как-то:

- А мы специально делаем так, чтобы вызывали и вызывали. Деньги нужны, жрать хочется, семью кормить. Обожаем старух. Они и покормят, от одиночества и поболтают как с детьми. Одна бабка всегда дает округленно, ей я делаю хорошо. А другие... Я же из канализации не вылажу, ремонты, аварии!

Хочется сказать, слабо тебе за все эти почти 40 лет сменить работу, раз ноешь?!

Но этот какой-то новичок был. Его Шурка пригласила из участка. Зашла к ним, увидела знакомого, они ведь все знакомые. "Вот Гришка пойдет, он у нас на стажировке"

Гриша слишком робким казался, скорее, хитрым, молчаливым, улыбчивым не к месту. Такие меня не переваривают, я насквозь вижу. Я ведь староста подъезда!

Слышу, он у Шуркиной дочки спрашивает отвертку, потом гаечный ключ, разводной. Все возле себя сложил. А девчонка бесхитростная, вытащила отцовы инструменты, а этот и спрашивает. Отец у нее давно умер, а инструменты и память, и необходимость. Они с матерью то полочку забьют, то пригвоздят то, что шатается.

Разговор за разговором, обедали хорошо, как у себя дома. Копается ведь, медленно, как тут скажешь. Я не хозяйка. Намекаю, а Шурка баба одинокая, сказать боится слово, вдруг, рассердится да уйдет. Такие случаи тоже в городе бывали.

А я Шурку учу, подсказываю, расстроилась она, да говорит, дескать, раз уж вы до ужина остались, может и радио в спальню установите.

Да уж! Нужно дрелить в стену, а хилой соседке не под силу. Сама пошла ужин всем ставить, а дочку оставила с ним, пусть приглядит, все же в спальне у нее и кабинет, книги, вещи, телефон, не туалет!

После ужина они облегченно вздохнули.

Прибрались, вымыли полы и забыли.

А я захожу почти каждый день, одна живу, а она пускает. Одинокие одиноких поймут. Я ее на чай зову. Так и подружничаем.

Вдруг дочка ее сказала, расстроенная, в слезах, что он украл разводной ключ папы и гаечный ключ.

Ох рассердилась я тогда, они как расстроились. Их понимаю, ведь не вещи были так дороги, их купить можно, а то, что эти вещи принадлежали отцу, какое-то воспоминание, а вещи духу могут греть. Что от мужиков может остаться, кроме инструментов?

Тогда мы втроем прокляли его. А почему?

Шурка сразу помчалась в участок, оказывается, тот, кто его всучил, и не знал его толком. Он пришел стажироваться, но не был устроен на работу официально. Словом, оказывается, они удивились, что в тот же день он уволился. А ездил из деревни рядом с городом на мотоцикле.

Прошло сколько лет, не знаю, но дочка Шурки уже взрослая, в сад поехала.

- Стою я на остановке, дождь, остановка дырявая, и человека три осталось. Я, бабка и еще дедушка. Бабка разговорилась, итак все знают, что автобусы ходят всегда плохо, особенно летом, когда у всех сады - единственное развлечение в глухой городке.

Разговор за разговором, бабка вроде как свататься решила. И рассказывает, мол, сноха гражданская такая-сякая - плохая, сын инвалид, с головой, да еще один в начале лета стал инвалидом. А было так. Из-за поворота выехал он, а из закоулка лихачила мажорка, не справилась с управлением и врезанула по мотоциклу. Теперь он ходить не может. Колясочником стал.

Ты замужем? Вот он у меня такой-сякой хороший (разве скажет, что за кражу сидел, что развелся и, может, бездетный).

А я ляпнула нечаянно: "Все к этому и шло!" Она посмотрела на меня и спросила, о чем это я. Сказала, что задумалась.

Надо же, карма и правда существует!

Видимо, не послужило ему уроком отсидка. Бог решил лишить его ног, чтобы не попадался, от тюрьмы освободил. Все же при матери оно лучше. Живет один, мать кормит, что мужику еще надо?!

1995