Карта мира в институте

У нас на работе в порядке декорирования помещения кто-то повесил на стену карту мира. На вид — ничего особого. Карта как карта. Обоев в складочку под ней не видно, значит, функцию свою выполняет. Я даже никогда не рассматривала ее внимательно. Да и зачем? Работаю тут всего полгода, и дела есть поважнее карты мира.

К нам иногда заходят люди из других отделов и кафедр. Когда они ждут кого-то из коллег, то частенько рассматривают карту мира, чтобы не скучать.

Интересное началось, когда компьютерщик, ожидавший завкафедрой, заметил, что на карте никак не отражена Македония. Вообще будто не было такого государства.

- Может, карта создана по старым данным? - предположила я.

- Непохоже, вон все страны, образованные после распада Югославии, а Македонии нет, - пробормотал компьютерщик. - Даже Косово циферкой обозначено.

- Опечатка, значит.

- Господи! - воскликнул он, - Новая Зеландия перенеслась куда-то. Смотрите!

И правда, Новая Зеландия была к западу от Австралии.

- Странно, конечно, но мы по этой карте моря не бороздим и самолеты не запускаем, так что это все забавно, но не критично.

- Кто вообще выпустил это в тираж? - задумался компьютерщик.

- Сейчас даже учебники с опечатками, - посетовала я.

Заведующий кафедрой стремительно ворвался в кабинет, и инцидент с картой был исчерпан. Компьютерщик получил бумаги от начальства и ушел. Начальник тоже недолго баловал кафедру своим присутствием: ушел на очередное совещание.

Зато пришла коллега — ей было лет сорок, звали ее Анна Дмитриевна. Она была мелкой белобрысой подвижной женщиной и, возможно, соображала быстрее всех вместе взятых в нашем славном учреждении.

- Меня никто не спрашивал? Третий курс сочинения не заносил?

- Нет. Вы когда-нибудь замечали, где на этой карте Новая Зеландия?

- Где и положено, разве нет?

- Посмотрите. Мы с Николаевым только что заметили.

Анна Дмитриевна вгляделась в карту и ухмыльнулась.

- Никогда не замечала.

- Откуда вообще эта карта взялась?

Коллега нахмурилась.

- Понятия не имею. Всегда тут висела на моей памяти. А я работаю здесь тринадцать лет, - скороговоркой проговорила она. - Может, тут еще чего наворотили?

Я рассказала про Косово и Македонию. Совместными усилиями мы ничего больше не обнаружили. Возможно, просто недостаточно хорошо знали географию, что простительно для преподавателей английского языка.

Мы решили найти выходные данные карты: интересно, какой придурок ее в таком виде выпустил. Никаких сведений на лицевой стороне не было.

- Давай снимем ее и посмотрим с изнанки, - предложила Анна Дмитриевна. - Не поняла… а как она крепится?!

Карта была будто приклеена с краев, но довольно неровно, и нам удалось без ущерба отклеить верхний уголок. Ничего это не дало: карта будто вросла в стену. Анна Дмитриевна подтащила стул и встала на него, чтобы сверху через отодранный уголок увидеть, как эта штука держится на стене. Она даже посветила фонариком из телефона. Лицо ее вытянулось, и она поспешно спрыгнула почти что мне на ногу.

- Слушай, я вообще не понимаю, что там с изнанки. Сама посмотри.

Теперь я посветила в пространство между стеной и картой. Там было что-то вроде густой сети корней, которые на ощупь были вовсе не клеем. Разве может что-то сочиться из клея, использованного более тринадцати лет назад? Да и какой дурак будет крепить лист огромного формата на стену, используя клей?

- Ты тоже увидела это?

- Да.

Стул я поставила на место.

- Эта хрень вросла в стену? - спросила я.

- Как по мне, так она из стены выросла, - мрачно сказала Анна Дмитриевна. - Я вообще не понимаю, откуда она взялась. Когда я начала работать, она выглядела совсем новой, прямо как сейчас.

- Я думала, ее повесили с началом нового учебного года. Или выпускники подарили…

Анна Дмитриевна меня почти не слушала, осматриваясь по сторонам.

- Цветок!

Она подбежала к цветку в горшке — ничем не примечательному — и попыталась приподнять горшок. Он вообще не шелохнулся. Врос в подоконник. Или наоборот вырос из него.

- Этот цветок стоял здесь всегда, - выпалила она, еще более судорожно оглядываясь.

Второй цветок дергали уже мы вдвоем, и не получили никакого результата. Попытка выкрутить пару лампочек из люстры также ничем не закончилась.

- Оно все составляет единый комплекс, - сделала я вывод. Коллега закивала.

- Интересно, об этом еще кто-нибудь знает?

- Не думаю. И не надо об этом болтать.

Мы стояли в середине кафедры, обе уперли руки в бока и были предельно озадачены. Вдруг Анна Дмитриевна заметила что-то в районе карты и испуганно повернулась в ее сторону. Я тоже.

Вы когда-нибудь видели, как растут острова на карте мира?У нас на работе в порядке декорирования помещения кто-то повесил на стену карту мира. На вид — ничего особого. Карта как карта. Обоев в складочку под ней не видно, значит, функцию свою выполняет. Я даже никогда не рассматривала ее внимательно. Да и зачем? Работаю тут всего полгода, и дела есть поважнее карты мира.

К нам иногда заходят люди из других отделов и кафедр. Когда они ждут кого-то из коллег, то частенько рассматривают карту мира, чтобы не скучать.

Интересное началось, когда компьютерщик, ожидавший завкафедрой, заметил, что на карте никак не отражена Македония. Вообще будто не было такого государства.

- Может, карта создана по старым данным? - предположила я.

- Непохоже, вон все страны, образованные после распада Югославии, а Македонии нет, - пробормотал компьютерщик. - Даже Косово циферкой обозначено.

- Опечатка, значит.

- Господи! - воскликнул он, - Новая Зеландия перенеслась куда-то. Смотрите!

И правда, Новая Зеландия была к западу от Австралии.

- Странно, конечно, но мы по этой карте моря не бороздим и самолеты не запускаем, так что это все забавно, но не критично.

- Кто вообще выпустил это в тираж? - задумался компьютерщик.

- Сейчас даже учебники с опечатками, - посетовала я.

Заведующий кафедрой стремительно ворвался в кабинет, и инцидент с картой был исчерпан. Компьютерщик получил бумаги от начальства и ушел. Начальник тоже недолго баловал кафедру своим присутствием: ушел на очередное совещание.

Зато пришла коллега — ей было лет сорок, звали ее Анна Дмитриевна. Она была мелкой белобрысой подвижной женщиной и, возможно, соображала быстрее всех вместе взятых в нашем славном учреждении.

- Меня никто не спрашивал? Третий курс сочинения не заносил?

- Нет. Вы когда-нибудь замечали, где на этой карте Новая Зеландия?

- Где и положено, разве нет?

- Посмотрите. Мы с Николаевым только что заметили.

Анна Дмитриевна вгляделась в карту и ухмыльнулась.

- Никогда не замечала.

- Откуда вообще эта карта взялась?

Коллега нахмурилась.

- Понятия не имею. Всегда тут висела на моей памяти. А я работаю здесь тринадцать лет, - скороговоркой проговорила она. - Может, тут еще чего наворотили?

Я рассказала про Косово и Македонию. Совместными усилиями мы ничего больше не обнаружили. Возможно, просто недостаточно хорошо знали географию, что простительно для преподавателей английского языка.

Мы решили найти выходные данные карты: интересно, какой придурок ее в таком виде выпустил. Никаких сведений на лицевой стороне не было.

- Давай снимем ее и посмотрим с изнанки, - предложила Анна Дмитриевна. - Не поняла… а как она крепится?!

Карта была будто приклеена с краев, но довольно неровно, и нам удалось без ущерба отклеить верхний уголок. Ничего это не дало: карта будто вросла в стену. Анна Дмитриевна подтащила стул и встала на него, чтобы сверху через отодранный уголок увидеть, как эта штука держится на стене. Она даже посветила фонариком из телефона. Лицо ее вытянулось, и она поспешно спрыгнула почти что мне на ногу.

- Слушай, я вообще не понимаю, что там с изнанки. Сама посмотри.

Теперь я посветила в пространство между стеной и картой. Там было что-то вроде густой сети корней, которые на ощупь были вовсе не клеем. Разве может что-то сочиться из клея, использованного более тринадцати лет назад? Да и какой дурак будет крепить лист огромного формата на стену, используя клей?

- Ты тоже увидела это?

- Да.

Стул я поставила на место.

- Эта хрень вросла в стену? - спросила я.

- Как по мне, так она из стены выросла, - мрачно сказала Анна Дмитриевна. - Я вообще не понимаю, откуда она взялась. Когда я начала работать, она выглядела совсем новой, прямо как сейчас.

- Я думала, ее повесили с началом нового учебного года. Или выпускники подарили…

Анна Дмитриевна меня почти не слушала, осматриваясь по сторонам.

- Цветок!

Она подбежала к цветку в горшке — ничем не примечательному — и попыталась приподнять горшок. Он вообще не шелохнулся. Врос в подоконник. Или наоборот вырос из него.

- Этот цветок стоял здесь всегда, - выпалила она, еще более судорожно оглядываясь.

Второй цветок дергали уже мы вдвоем, и не получили никакого результата. Попытка выкрутить пару лампочек из люстры также ничем не закончилась.

- Оно все составляет единый комплекс, - сделала я вывод. Коллега закивала.

- Интересно, об этом еще кто-нибудь знает?

- Не думаю. И не надо об этом болтать.

Мы стояли в середине кафедры, обе уперли руки в бока и были предельно озадачены. Вдруг Анна Дмитриевна заметила что-то в районе карты и испуганно повернулась в ее сторону. Я тоже.

Вы когда-нибудь видели, как растут острова на карте мира? Мы видели. Новый остров вырос там, где мы отодрали уголок: в районе моря Бофорта, омывающего Аляску. Маленький такой островок, без названия, вырос на наших глазах.

- Ты тоже видишь это?

Я кивнула. Что тут можно было сказать?

- Давай проведем еще один опыт.

Анна Дмитриевна разогнула валявшуюся на столе скрепку и с силой черканула ею по карте в случайном месте где-то возле Суматры. Где было удобно дотягиваться с ее маленьким ростом.

Мы чуть отошли, будто боясь каких-то эффектов, но ничего не произошло. Таращиться на карту весь день было бы глупо, и мы засобирались по домам. Новый год, надо купить всем подарки, все-таки двадцать пятое декабря. Собирались молча.

Мы выключили свет и заперли дверь. В ярко освещенном коридоре, где сидели несколько студентов, было все равно неспокойно.

- Надеюсь, две тысячи пятый год будет получше, - понадеялась Анна Дмитриевна, когда мы спускались в лифте.

- Я тоже надеюсь.

- Без этих глупостей с врастающими предметами.

- И без растущих где попало островов.

- Мне вообще не хочется после всего попадаться заву на глаза. Он-то здесь работает лет двадцать.

- Сделаем вид, будто ничего не случилось…

Утром двадцать шестого декабря меня разбудил звонок Анны Дмитриевны. Она первой рассказала про цунами, эпицентр которого находился возле Суматры, оставив меня в абсолютном шоке.

Мы обе уволились к началу нового семестра. Теперь мы не общаемся, разве что при случайной встрече на улице киваем друг другу. Нас обеих пугает вопрос, что случилось тогда вечером на кафедре 25 декабря и что в самом деле происходило с Македонией и Новой Зеландией.

Тот островок, что вырос в море Бофорта, я потом специально находила на картах мира в Интернете.