Король Времени

Он выпрямился горделиво, насколько это было возможно в забрызганном грязью старомодном пальто, и пафосно произнес:

— Я Король Времени!

И мхатовская пауза, явно подразумевающая мою реакцию в виде восхищения, потрясения и чего там ещё. «Здрасьте, приехали», — подумала я. Как-то не ожидаешь такого от тощего чудика в очках, которого за шиворот вытаскиваешь на тротуар буквально из-под носа машины!

Мог бы просто сказать спасибо либо ничего не говорить. Но уж никак не обещать одарить да ещё провозгласить себя королем чего-то там. Короче, с головой у гражданина не в порядке. Я подала ему изрядно испачканную шляпу, пробормотала нечто среднее между «угу» и «ого» и собиралась ретироваться.

— Вы мне не верите! — Гневно и по-детски обиженно воскликнул он.

Глаза из-под круглых стекол блеснули так, что мне стало не по себе. Да и весь он был какой-то странный. Как путник, забредший издалека. Как человек во сне. Как сновидение в реальности. Как актёр, забывший, где кончается театр и начинается обыденность.

Увидев моё замешательство, он смягчился опять-таки очень величественно (казнить нельзя помиловать) и звучно нараспев произнес:

— Так смотри же!

Поднял правую руку и щёлкнул худыми пальцами. Щёлк!

Вроде бы ничего не изменилось. Потом краем глаза я заметила какое-то движение слева от себя. Стрекоза. Большая цветная стрекоза, она зависла на месте, как маленький вертолёт, и её четыре крылышка совершали согласованные причудливые движения. Брюшко медленно дышало и подрагивало. Я подобное видела на экране в замедленном возпроизведении. Плоскость прозрачных лопастей-крыльев слегка повернулась, и стрекоза начала движение по прямой, так же медленно-медленно описывая крыльями сложные, вписанные друг в друга восьмёрки.

Я посмотрела в другую сторону и только сейчас сообразила, что машина возле меня не стоит, а медленно едет. Я подошла и заглянула в салон. 60 километров в час на спидометре. Ничего себе! Дорожная пыль прозрачными усами обволакивала радиатор, медленно выплывала из-под еле-еле поворачивающихся колёс. Я могла бы просунуть руку в окно и дотронуться до водителя. Вот это да!

Среди множества неимоверно растянутых, разбитых на такты и длинные паузы звуков раздался совершенно обычный весёлый смех Короля Времени. Он сиял, как удачно напроказивший школьник. Я и забыла про него.

Опять щелчок длинных пальцев, и мир вернулся в норму. Автомобиль рыкнул и умчался, насекомые носились в воздухе, почти неразличимые из-за скорости.

— Так вы и взаправду…, — начала я.

— Да, это взаправду я! — Самодовольно перебил меня Король. — Все минуты, секунды, доли секунд, милипусечные минисекундочки — все они в моей власти!

— А в прошлое вернуться можете? А насколько? На неделю? На тыщу лет? А в будущее попасть? — Сыпала я вопросами.

Король грустно и смущённо помотал головой.

— Нет-нет, это не в моей власти. Я распоряжаюсь минутами и секундами. У меня прозвище «Король-минутка». Кое-кто даже не считает меня настоящим повелителем времени. Но ведь секунды и минуты тоже могут быть важными, правда? Я прогуливаюсь порой, дарю людям минуты счастья и отнимаю минуты скорби. Конечно, не везде я успеваю и не со всем справляюсь. Но вот подарил я тебе минуту. Разве плохо? Я превратил твою секунду в минуту! Разве это было не прекрасно? Я подарю тебе десять минут, когда и где захочешь, ведь я Король Времени!

У меня голова шла кругом. Десять минут! Не десять лет, конечно, но… И тут меня осенило.

— Ваше Величество! — Ему явно понравилось моё обращение. — Ваше Величество, а могу я эти мои десять минут подарить кому-то?

— Да, можешь, но зачем?

Я перебила Короля:

— А могу не одному человеку, а нескольким? И не сразу, а по очереди? И ещё! Я не знаю этих людей, но знаю, чем они будут заняты.

— Можно, конечно, — рассмеялся Король, — это довольно легко. Но зачем кому-то отдавать просто так своё время. Скажу по секрету, время — самая драгоценная вещь на свете. И именно минуты и секунды. В них живёт счастье и горе, наслаждение и боль. Недели, месяцы, годы — это по большей части воспоминания о мгновениях ушедших и размышления о мгновениях грядущих. Так что…

— Я знаю, Ваше Величество. И не только я. Есть люди, несущие другим секунды, минуты и даже часы страшной боли и ужаса. И годы скорби их друзьям и родным. И месяцы, недели, годы страха и тревоги всем. Террористы, смертники, шахиды. Шахиды — «мученики». Какие они к чертям мученики? Они отлично знают, что их тела будут уничтожены взрывом задолго до того, как их мозг и нервы среагируют. Они трусливо ныряют в небытие, взрывая свои адские устройства, обрекая других на настоящие муки. Милый Король, подари эти мои минуты этим мерзавцам! Каждому по несколько секунд хотя бы. Чтобы видели, что после запуска взрывного утройства ничего не кончилось, а всё только началось, а пути назад нет!Он выпрямился горделиво, насколько это было возможно в забрызганном грязью старомодном пальто, и пафосно произнес:

— Я Король Времени!

И мхатовская пауза, явно подразумевающая мою реакцию в виде восхищения, потрясения и чего там ещё. «Здрасьте, приехали», — подумала я. Как-то не ожидаешь такого от тощего чудика в очках, которого за шиворот вытаскиваешь на тротуар буквально из-под носа машины!

Мог бы просто сказать спасибо либо ничего не говорить. Но уж никак не обещать одарить да ещё провозгласить себя королем чего-то там. Короче, с головой у гражданина не в порядке. Я подала ему изрядно испачканную шляпу, пробормотала нечто среднее между «угу» и «ого» и собиралась ретироваться.

— Вы мне не верите! — Гневно и по-детски обиженно воскликнул он.

Глаза из-под круглых стекол блеснули так, что мне стало не по себе. Да и весь он был какой-то странный. Как путник, забредший издалека. Как человек во сне. Как сновидение в реальности. Как актёр, забывший, где кончается театр и начинается обыденность.

Увидев моё замешательство, он смягчился опять-таки очень величественно (казнить нельзя помиловать) и звучно нараспев произнес:

— Так смотри же!

Поднял правую руку и щёлкнул худыми пальцами. Щёлк!

Вроде бы ничего не изменилось. Потом краем глаза я заметила какое-то движение слева от себя. Стрекоза. Большая цветная стрекоза, она зависла на месте, как маленький вертолёт, и её четыре крылышка совершали согласованные причудливые движения. Брюшко медленно дышало и подрагивало. Я подобное видела на экране в замедленном возпроизведении. Плоскость прозрачных лопастей-крыльев слегка повернулась, и стрекоза начала движение по прямой, так же медленно-медленно описывая крыльями сложные, вписанные друг в друга восьмёрки.

Я посмотрела в другую сторону и только сейчас сообразила, что машина возле меня не стоит, а медленно едет. Я подошла и заглянула в салон. 60 километров в час на спидометре. Ничего себе! Дорожная пыль прозрачными усами обволакивала радиатор, медленно выплывала из-под еле-еле поворачивающихся колёс. Я могла бы просунуть руку в окно и дотронуться до водителя. Вот это да!

Среди множества неимоверно растянутых, разбитых на такты и длинные паузы звуков раздался совершенно обычный весёлый смех Короля Времени. Он сиял, как удачно напроказивший школьник. Я и забыла про него.

Опять щелчок длинных пальцев, и мир вернулся в норму. Автомобиль рыкнул и умчался, насекомые носились в воздухе, почти неразличимые из-за скорости.

— Так вы и взаправду…, — начала я.

— Да, это взаправду я! — Самодовольно перебил меня Король. — Все минуты, секунды, доли секунд, милипусечные минисекундочки — все они в моей власти!

— А в прошлое вернуться можете? А насколько? На неделю? На тыщу лет? А в будущее попасть? — Сыпала я вопросами.

Король грустно и смущённо помотал головой.

— Нет-нет, это не в моей власти. Я распоряжаюсь минутами и секундами. У меня прозвище «Король-минутка». Кое-кто даже не считает меня настоящим повелителем времени. Но ведь секунды и минуты тоже могут быть важными, правда? Я прогуливаюсь порой, дарю людям минуты счастья и отнимаю минуты скорби. Конечно, не везде я успеваю и не со всем справляюсь. Но вот подарил я тебе минуту. Разве плохо? Я превратил твою секунду в минуту! Разве это было не прекрасно? Я подарю тебе десять минут, когда и где захочешь, ведь я Король Времени!

У меня голова шла кругом. Десять минут! Не десять лет, конечно, но… И тут меня осенило.

— Ваше Величество! — Ему явно понравилось моё обращение. — Ваше Величество, а могу я эти мои десять минут подарить кому-то?

— Да, можешь, но зачем?

Я перебила Короля:

— А могу не одному человеку, а нескольким? И не сразу, а по очереди? И ещё! Я не знаю этих людей, но знаю, чем они будут заняты.

— Можно, конечно, — рассмеялся Король, — это довольно легко. Но зачем кому-то отдавать просто так своё время. Скажу по секрету, время — самая драгоценная вещь на свете. И именно минуты и секунды. В них живёт счастье и горе, наслаждение и боль. Недели, месяцы, годы — это по большей части воспоминания о мгновениях ушедших и размышления о мгновениях грядущих. Так что…

— Я знаю, Ваше Величество. И не только я. Есть люди, несущие другим секунды, минуты и даже часы страшной боли и ужаса. И годы скорби их друзьям и родным. И месяцы, недели, годы страха и тревоги всем. Террористы, смертники, шахиды. Шахиды — «мученики». Какие они к чертям мученики? Они отлично знают, что их тела будут уничтожены взрывом задолго до того, как их мозг и нервы среагируют. Они трусливо ныряют в небытие, взрывая свои адские устройства, обрекая других на настоящие муки. Милый Король, подари эти мои минуты этим мерзавцам! Каждому по несколько секунд хотя бы. Чтобы видели, что после запуска взрывного утройства ничего не кончилось, а всё только началось, а пути назад нет! Чтобы проклинали своих учителей, обещавших мгновенный переход в блаженство!

Король Времени молчал, на его добром лице было выражение ужаса.

— Это чудовищно, — прошептал он.

Я молчала.

Король сварливо продолжил:

— Если ты надеешься на какой-то воспитательный эффект, то очень ошибаешься! Окружающие ничего не поймут, для них это будет такая же мгновенная вспышка! Террорист был — и нет его. А сам он ничего никому не расскажет.

Я молчала.

Лицо Короля стало очень серьёзным и усталым.

— Я это сделаю, — глухо сказал он.

— Я не заставляю тебя, это всего лишь просьба, ты не обязан, — прошептала я.

— Сделаю, — твёрдо повторил Король. — И более того, я не просто отдам им твои минуты. Я отдам им секунды и минуты их жертв, чтобы хватило каждому, отныне и до самого последнего из них.

Король говорил тихо, как в тесной комнате, но мне показалось, что этой комнатой был весь купол небосвода. Король сухо, без пафоса, щёлкнул пальцами правой руки и быстро зашагал прочь. Вскоре он исчез из виду.