Крещение прервало череду кошмаров

Родители рассказывали, что в пять лет я чуть не умерла. У меня был гнойный менингит, и врачи почему-то сразу этого не поняли. Когда, наконец, нашлась одна женщина врач, понявшая что со мной, шансов на выживание почти не осталось.

Мама все это время была со мной. После реанимации нас положили в отдельную палату, где и начали происходить эти странные вещи, о которых мне рассказывала мама потом, когда я уже выросла. Дальнейшее опишу с ее слов.

Покормила тебя и решила взвесить. Взяла на руки, подхожу к весам, и вдруг вижу, пеленка на них начинает приподниматься. У меня сердце от страха замерло. И из под этой пеленки рука мужская, только рука, лезет и к тебе тянется.

Я сначала чуть в обморок не упала, прижимаю тебя к себе, а сама к двери передвигаюсь. Кричу на всю больницу. Прибежала врачиха, нашла меня в таком состоянии шока, что я долго отойти не могла. Конечно, мне не поверили. Я бы и сама не поверила, если бы не видела.

Потом как-то ночью проснулась от того что ты плачешь. Сначала думала, что есть захотела, а потом смотрю, одеяльце на полу валяется, и распашонки на тебе нет. Опять это жуткое состояние страха, потому что распашонку ты сама снять не могла, а тем более на стол ее положить, где я ее нашла потом. И в палате холод ужасный, хотя окно закрыто и на улице лето стояло. Пережили эти кошмарные три недели, выписались.

Дома тоже что-то твориться стало. Мы с папой спали и вдруг на полке часы заиграли. Были у нас старые часы, дедушкины, работать перестали еще до его смерти, а выбрасывать жалко, память все-таки, он их сам сделал. Мы вскочили и сидим, смотрим друг на друга, ничего не понимая. И тут звонок в дверь. Открываю, а там никого. И так несколько раз. Но это еще ничего.

Однажды папа твой просыпается среди ночи, и сразу меня трясти: «где дочка?». Я говорю: «как это где? Спит, вон лежит». Смотрю, а тебя нет. У меня истерика, бегаю по комнате, плачу, а отец в коридор сразу побежал. Нашел тебя завернутую в покрывало на кухне. Папа сказал, что он спал, и тут его как будто толкнули и в голове голос прозвучал: «Где дочь? Где?». Спросонья он эти слова и повторил мне. После этого случая вызвали батюшку, и на время все успокоилось.

Мама еще рассказывала, что когда я только родилась и мы лежали в больнице, она повернулась ко мне, чтобы обнять меня и почувствовала что-то тяжелое и холодное. Оказался камень в моих пеленках. Только она молитву произнесла первые несколько слов, я вернулась, или вернули меня. Не знаю, как правильно. Закончились такие случаи только, когда меня окрестили. В девять лет.