ЛАТР и старый телевизор

Это событие произошло 12 лет назад, в то время у нашей семьи ещё был частный дом, в нём отец затеял грандиозный ремонт, а сам переселился во времянку. В связи с финансовыми трудностями ремонт затянулся до зимы. Иногда я напрашивался на «ночное дежурство», охранять, так сказать, наше «добро», а отец уезжал ночевать домой (основным местом нашего проживания была квартира).

Поскольку в частном секторе (особенно зимой) не очень стабильное напряжение, мы использовали ЛАТР (лабораторный авто трансформатор) для стабилизации и повышения напряжения, его нагрузкой были освещение и телевизор. Именно ЛАТР и стал «виновником» необъяснимых событий, произошедших со мной в одно из таких «дежурств».

Закончив свои дела, я улёгся на кровать и стал смотреть новые фильмы. Спустя какое-то время телевизор стал глючить: изображение темнело, либо пропадало совсем, и так несколько раз, я периодически вставал и, чертыхаясь, выставлял на ЛАТРе 220 вольт. Некоторое время всё было нормально. Я выключил везде свет (из включённых электроприборов остались только холодильник и телевизор), и продолжил просмотр фильма из этого рейтинга, однако на самом интересном месте изображение снова потемнело, а затем исчезло вовсе. Матерясь, я подлетел к ЛАТРУ и с психа, не рассчитав силы, крутанул ручку регулятора до упора (предел повышения напряжения был 300 вольт, если мне не изменяет память). И тут случилось буквально следующее: ЛАТР начал издавать сильный низкочастотный звук, переходящий в рокот, затем заискрил (что обычно бывает при КЗ обмоток) и, сразу же после этого, комнату заполнил слепящий белый свет.

Когда глаза немного привыкли, я рефлекторно повернул голову в поисках источника этого света, им оказались две лампы освещения: в спальне, где находился я, и в зале. На них невозможно было смотреть без прищура, настолько ярок был их свет. Заворожённый этим зрелищем, я не испытывал никакого страха, просто стоял и, насколько это было возможно, наблюдал за этими двумя «солнцами».

Отвлёк меня от созерцания этого зрелища тот факт, что характер поведения ЛАТРа изменился: он перестал искрить, а звук, исходящий от него, стал другим. Яркость ламп значительно упала, а их свет уже стал привычно желтым, и тут произошло то, что меня в эту ночь испугало больше всего: в уши ударил резкий звук, источником которого, как потом оказалось, был катушечный магнитофон «Юпитер 202», который находился в зале. Влетев в зал, я просто обалдел, когда увидел, что на магнитофоне, который до этого момента был отключен, крутились бобины, и громко играла музыка – песня Модерн Токинг, Джеронимо Кадиллак (эту песню я, наверное, не забуду никогда).

Я вообще не понимал, что происходит, и что делать дальше. Сначала зажглись лампы, но оба выключателя при этом были отключены, но, ведь для того, чтобы заработал магнитофон, нужно было реально повернуть 2 ручки (скорость и пуск) – но кто это мог сделать? Когда разум оказывается бессильным найти ответы на вопросы, поставленные им неизведанными, пугающими и, возможно, опасными явлениями, то в дело вступает страх. Так произошло и со мной: некоторое время я просто стоял и слушал эту музыку, даже не пытаясь подойти к электрощиту и вырубить свет во всей времянке (животный страх не позволял мне сделать хоть что-нибудь). Это было сделано за меня: электричество вырубилось полностью, и я остался в тишине и темноте (а может и хорошо, что я не стал подходить к щиту для того, чтобы его отключить).

Остаток ночи я провел, не сомкнув глаз, периодически выходя во двор, дыша свежим воздухом, при этом пытаясь «переварить» происшедшие.

Дождавшись утра, я отважился проверить электроприборы. Померив напряжение на входе ЛАТРа и убедившись в его отсутствии, я отсоединил его, затем, передёрнув автомат электрощита, пошёл проверять магнитофон — он был отключен (ручки скорости и пуска деактивированы). Включив его, я с изумлением обнаружил, что на нём стоит бобина с группой «Кино», и никакого Джеронимо Кадиллак, как впрочем, и самого Модерн Токинг, на обеих сторонах и в помине не было (проверял несколько раз).

По приходу отца я не стал рассказывать ему о своих «глюках», сообщил лишь о том, что по причине скачка напряжения накрылся ЛАТР. Отец сказал, что разберётся (хотя я уговаривал его не трогать ЛАТР). Сославшись на плохое самочувствие, я уехал домой.

Дома я проспал почти до вечера, а, проснувшись, сразу же позвонил отцу, чтобы узнать о судьбе ЛАТРа и остальных приборов, подключённых к нему. Каково же было моё удивление, когда я узнал, что и ЛАТР и телевизор были абсолютно исправны, как, собственно, и лампы.

Спустя 12 лет я до сих пор не могу логически объяснить, что же произошло в ту ночь.