Мельниково наследство

Прабабка моя по линии отца говорила, что отец её и дед ведьмаками были. Жили отдельным хутором: с одной стороны лес, с другой – река. А на реке мельница была. Их собственная. А простому человеку там не выжить. А как же: тут с лешим договорись, там – с водяным, хозяином реки. Да и так на мельницах у бесов разных пород и мастей любимое место, а по ночам вообще раздолье и веселье – на жерновах да на мельничном круге кататься. Прабабка их называла “ичетики”, а ещё она говорила о каком-то женском духе – шишиге. Надо ли говорить, что жители окрестных деревень мельника боялись и без дела лишний раз мимо не проезжали, всё в обход.

Когда семью раскулачили и мельницу отобрали, то дело у новой власти не пошло: то случай несчастный приключится, то механизм работать откажется. Так и забросили.

Не знаю, что повлияло на ход дальнейших событий, только с мальчиками в семье как-то не складывалось.

Первенец моей прабабки был мальчик с огненно-рыжими волосами и красными глазами (имеется в виду зрачок глаза). Назвали его Сашей. С раннего детства он интересовался только математикой. Писал где придётся: на песке палочкой, на клочках бумаги. Прабабка-то не понимала в этом ничего, бумагу и карандаш не давала, ругала только, что зря добро переводит, лучше б с другими детьми играл. Но Сашу кроме формул ничего не интересовало.

В пять лет этот ребёнок делал такие математические выкладки, что нашёлся какой-то умник и повёз его к профессору-математику, который в свою очередь только диву дался. Не поддавался никаким объяснениям сей факт. Ну откуда маленький ребёнок мог делать такие расчёты? А Саша делал, причём писал так быстро и уверенно, как будто его этому всю жизнь учили.

Ничего профессор так и не смог объяснить. Зато задумчиво протянул:

– Это даже не вундеркинд, это я даже не знаю что! Не проживёт долго, не живут такие.

Профессор как в воду глядел. Не дожив до шести лет, Саша умер. Ни с того ни с сего поднялся у него сильный жар, помочь врачи не смогли. Через день его не стало.

Следующим мужчиной в поколении стал мой отец. Его родила дочь прабабки. Назвали его тоже Сашей. Прабабка души во внуке не чаяла, все другие люди и родственники ушли даже не на второй и не третий план, а ещё дальше. Когда родилась я, то прабабка начала меня любить за то, что я – Сашенькина дочка. Все разговоры “о птичках” прабабка сводила на тему “Сашенька”. Мне это порядком надоело, но вот когда бабка говорила: “А Сашенька-то, папа твой – ведьмак”, я активно включалась в разговор.

– Как это? Кто такой ведьмак? – спрашивала я, искренне не догадываясь о значении этого слова, но где-то в глубинах моего подсознания начинало шевелиться что-то не очень приятное.

– А то и значит, ведает он, прадед его ведал, а теперь – он.

– Ведает что?

Но на свой этот вопрос ответ я так ни разу и не получила. Прабабка сразу выпaдала в астрал, а в таком состоянии ей хоть в самые уши час кричи, она даже не отреагирует.

О чём ведает мой отец на все сто, так это про прогноз погоды. С детства он лучше всяких метео-ТВ чётко определял погоду на ближайшую неделю. И не только. Летом мог сказать, какой зима будет, по месяцам расписывал и точно, если и ошибся, то пару раз. Но вот когда дело подходило к высадке рассады в открытый грунт, мы с мамой даже с ним не спорили. Все начинают высаживать, а мы ждём. Бах – заморозки, у соседей всё помёрзло. А в то время рассаду готовую не продавали, сами в ящички сажали. Другой раз отец начал очень рано высадку растений, все соседи пальцем у виска крутили: дураки, мол, кто так рано в нашей полосе высаживает? А папа опять не подкачал, урожай в тот год начали мы собирать дней на двадцать раньше.

О другой способности отца мы узнали, когда он учился в Днепропетровском юридическом институте. Обучение было заочным, и папа уезжал на целый месяц сдавать сессию. Из Северного Казахстана, где мы жили, в Украину.

Тогда мы не знали, как ЭТО называется.

До конца сессии оставалось недели две. Когда отец уезжал, мы с мамой спали вместе на диване.

Ночью я проснулась от того, что мать меня толкала в бок:

– Подвинься чуть-чуть. Ну, сдвинься к стенке.

Я проснулась на один глаз, сознание цеплялось за сон:

– Зачем, места тебе мало?

– Двигайся, говорю, папа пришёл, тоже ляжет.

Одновременно освобождая пространство и засыпая, я успела подумать: “А почему на диван, втроём, что ли, спать?”

Утром мама возбуждённо бегала по всей квартире. Оглядевшись и не найдя отца, я спросила:

– А папа где? На работу, что ли, ушёл уже?

– Какой папа? Не приехал он ещё.

– Так ты же ночью меня толкала, чтоб я подвинулась, говорила, папа с нами ляжет.

– Ой, не знаю, как и сказать. Проснулась я от того, что меня кто-то толкает потихоньку. Открыла глаза и вижу – Саша, папа то есть. Он мне так показывает, чтоб подвинулась, а он рядом ляжет. Я тебя сдвинуть пытаюсь, а ты тяжёлая такая. Вот, наконец, мы улеглись, и папаша с краю, обнял меня. Стала я засыпать, и тут в голову как стукнет: “Так я же с Сашкой вчера по межгороду говорила, сказал – недели через две приедет. Зачёты кой-какие остались и два экзамена”. Тут мне так страшно сделалось, а кто же рядом лежит? Приоткрыла один глаз, смотрю – Саша. Спит, даже посапывает, как всегда. И тёплый же, твёрдое тело, как настоящий. Эх, думаю, будь что будет! И как толкнула его двумя руками:

– Уходи! – говорю.

Папаша-то – кувырк на пол с дивана и пропал.

Потом уже, когда отец вернулся, говорили мы на эту тему. Оказывается, он очень сильно домой хотел, лежал и представлял, как домой заходит, как спать на любимую кровать ложится.

Все 5 лет учёбы, когда отец уезжал на сессию, к нам поспать на диван приходил его двойник. Мать уже бояться перестала, привыкла, просто толкнёт, чтоб ушёл, и опять дальше спать.

Мама поставила варить мясо, а сама пошла купаться. За мясом следила я, бегала периодически смотреть, не выкипела ли вода. Пробегая очередной раз через коридор на кухню, я увидела в прихожей отца:

– О, папка пришёл! А ты жвачку мне купил?

Всё это я кричала на ходу, по пути заглянула в ванную и сообщила маме:

– Папа пришёл домой. Вылазь давай.

Но вместо того, чтоб вылазить, мать чуть не утонула от страха. С криками:

– Бандиты! Это ж какая свол*чь к нам в дом залезла? – мама в одном полотенце понеслась в прихожую. Там никого не было и в квартире тоже.

Оказалось, что в этот день объявили “тревогу” и все уехали на сборы, не заходя домой, прямо с рабочих мест. Папиному другу удалось позвонить жене и предупредить, а та – сообщила моей маме. Но я-то этого не знала.