Много

- Уважаемые гости парка! Не отпускайте детей далеко от себя, если ваш ребенок потерялся – необходимо подойти к зданию администрации…

Никогда в жизни Николай не думал, что в Мореславле живёт столько народу, да ещё и с детьми. После училища он по распределению отправился в Зауралье и на родной север его заносило нечасто, однако сейчас наконец, удалось вырвать отпуск – не только себе, но и жене с Димкой. Как раз выдалось необычно теплое лето.

- А мы пойдем на зверюшках кататься, пап? – Несильно, но настойчиво потянул его руку к карусели с лошадками, слониками и жирафами мальчуган.

- Ага. – Николай кивнул, улыбнувшись сыну. – Только мороженое тебе купим. Хочешь?

- Да!

Как же походил на него – светленький, немного долговязый и нескладный, зато глаза достались материны – большие, необычного цвета золотой осенней листвы. Галина кивнула мужу, отойдя к лотку мороженщицы, и спустя минуты три вернулась, держа в руках два пломбирных рожка, щедро осыпанных орешками – сама она лакомства не любила.

И взрослые, и дети – казалось, открывшийся сегодня парк собрал всех жителей города. Радостные, улыбчивые мордашки, крики восторга со стороны раскручивавшейся летающей тарелки, украшенный озорными рисунками асфальт…

- Наигрался? – Поинтересовалась мама, когда счастливый мальчуган, вернулся к ним от каруселек со зверями.

Разумеется – нет. Потом была арена с машинками, водяной тир, поезд в подземельях, и все же самое вкусное Димка оставил на последний момент…

- Колесо обозрения? – Отцовская бровь сделала направленное движение вверх.

Глаза закивавшего паренька были полны здорового энтузиазма – он и дома излазал все деревья, даже с другими ребятами бегал на полузаброшенную стройку, добираясь до верхнего пятого этажа, а затем обозревая окрестности родного городка.

- Одного не пущу. – На сей раз, в глазах Галины появилась строгость. – Слишком высоко.

- Но ма-ам…

- Нельзя. Могу сходить с тобой.

- Договорились!

- Коль?

- Я… – Николай немного стушевался – он всегда боялся признавать перед сыном, что боится высоты. – Просто…

- Тебе в туалет хочется? – Быстро сориентировался мальчуган, показывая на соответствующую табличку в паре шагов.

Когда Николай вновь вышел на площадь, колесо успело сделать лишь треть оборота. Увидев отца, мальчуган радостно помахал из-за заборчика кабинки, буквально лучась от счастья.

- Жаль.

Обернувшись на голос, мужчина увидел стоявшего рядом с ним человека – тоже мужчину, но в довольно простой рабочей одежде, чуть бледноватого и со спутанными, грязными волосами и в пятнах гари. Чуть прищурившись, Николай переспросил, что тот имел ввиду.

- Вы меня не помните? – На фоне грязного тела, особенно странно смотрелись глаза – ярко-синие, словно сапфиры, с совершенно чистыми – без единого алого сосудика – белками.

- Откуда? – Пожав плечами, мужчина попытался вспомнить, где мог видеть это щетинистое, с грубоватыми чертами и шрамом лицо, однако память напрочь отказалась помогать.

- Видимо, были очень малы. – Сухие губы изогнулись в слабой улыбке, несмотря на которую, в незнакомце ощущалось полное безразличие – словно разговором он просто решил скоротать время.

- Почему я должен вас знать? Может вы меня с кем-то перепутали?

- Исключено. – Шумный выдох и поднесенная к выуженной из кармана папиросе зажигалка. – Обратись я к кому другому – меня бы вряд ли услышали, Коля-Облачко.

Разверзшиеся под ударом ярчайшей молнии, исторгающие ливень небеса угольного цвета, а затем раскат грома – столь могучий, что затряслись стекла в деревенском доме… Хотя сейчас над Мореславлем не висело и облачка, картинка перед глазами стала, как живая.

- Бабушка… Не умирай, бабушка!

- Мальчик мой… - Сухонькие, словно тростинки, но такие нежные и ласковые, руки сжимают его ладошку. – Коля, Коля-Облачко, всё будет хорошо. Арина приедет скоро, не переживай.

- Мама вылечит тебя?

- Конечно, зайчик мой, конечно. – Старушка закашлялась. – Принесешь мне воды?

Схватив графин на столике возле окна, мальчуган вздрогнул, когда клинок небес в очередной раз сверкнул снаружи. Но не свет и не грохот испугали его. Бледное мужское лицо с сапфировыми глазами – оно мелькнуло лишь на миг, а в следующую секунду, Колю вернул к реальности бабушкин кашель, а за окном никого…

- Жаль, что столько. – Выдохнув облачко дыма, протянул человек, отправляя окурок в мусорку и переводя взгляд за спину мужчины.

Сверху, пытаясь докричаться до папы, махал Димка, обнимаемый мамой, на каштановых локонах которой задорно играло полуденное солнце. Но даже с такой высоты, Галина увидела, что супруг почему-то не смотрит на них, озираясь по сторонам.

- Папа! Смотри, как мы высоко!- Уважаемые гости парка! Не отпускайте детей далеко от себя, если ваш ребенок потерялся – необходимо подойти к зданию администрации…

Никогда в жизни Николай не думал, что в Мореславле живёт столько народу, да ещё и с детьми. После училища он по распределению отправился в Зауралье и на родной север его заносило нечасто, однако сейчас наконец, удалось вырвать отпуск – не только себе, но и жене с Димкой. Как раз выдалось необычно теплое лето.

- А мы пойдем на зверюшках кататься, пап? – Несильно, но настойчиво потянул его руку к карусели с лошадками, слониками и жирафами мальчуган.

- Ага. – Николай кивнул, улыбнувшись сыну. – Только мороженое тебе купим. Хочешь?

- Да!

Как же походил на него – светленький, немного долговязый и нескладный, зато глаза достались материны – большие, необычного цвета золотой осенней листвы. Галина кивнула мужу, отойдя к лотку мороженщицы, и спустя минуты три вернулась, держа в руках два пломбирных рожка, щедро осыпанных орешками – сама она лакомства не любила.

И взрослые, и дети – казалось, открывшийся сегодня парк собрал всех жителей города. Радостные, улыбчивые мордашки, крики восторга со стороны раскручивавшейся летающей тарелки, украшенный озорными рисунками асфальт…

- Наигрался? – Поинтересовалась мама, когда счастливый мальчуган, вернулся к ним от каруселек со зверями.

Разумеется – нет. Потом была арена с машинками, водяной тир, поезд в подземельях, и все же самое вкусное Димка оставил на последний момент…

- Колесо обозрения? – Отцовская бровь сделала направленное движение вверх.

Глаза закивавшего паренька были полны здорового энтузиазма – он и дома излазал все деревья, даже с другими ребятами бегал на полузаброшенную стройку, добираясь до верхнего пятого этажа, а затем обозревая окрестности родного городка.

- Одного не пущу. – На сей раз, в глазах Галины появилась строгость. – Слишком высоко.

- Но ма-ам…

- Нельзя. Могу сходить с тобой.

- Договорились!

- Коль?

- Я… – Николай немного стушевался – он всегда боялся признавать перед сыном, что боится высоты. – Просто…

- Тебе в туалет хочется? – Быстро сориентировался мальчуган, показывая на соответствующую табличку в паре шагов.

Когда Николай вновь вышел на площадь, колесо успело сделать лишь треть оборота. Увидев отца, мальчуган радостно помахал из-за заборчика кабинки, буквально лучась от счастья.

- Жаль.

Обернувшись на голос, мужчина увидел стоявшего рядом с ним человека – тоже мужчину, но в довольно простой рабочей одежде, чуть бледноватого и со спутанными, грязными волосами и в пятнах гари. Чуть прищурившись, Николай переспросил, что тот имел ввиду.

- Вы меня не помните? – На фоне грязного тела, особенно странно смотрелись глаза – ярко-синие, словно сапфиры, с совершенно чистыми – без единого алого сосудика – белками.

- Откуда? – Пожав плечами, мужчина попытался вспомнить, где мог видеть это щетинистое, с грубоватыми чертами и шрамом лицо, однако память напрочь отказалась помогать.

- Видимо, были очень малы. – Сухие губы изогнулись в слабой улыбке, несмотря на которую, в незнакомце ощущалось полное безразличие – словно разговором он просто решил скоротать время.

- Почему я должен вас знать? Может вы меня с кем-то перепутали?

- Исключено. – Шумный выдох и поднесенная к выуженной из кармана папиросе зажигалка. – Обратись я к кому другому – меня бы вряд ли услышали, Коля-Облачко.

Разверзшиеся под ударом ярчайшей молнии, исторгающие ливень небеса угольного цвета, а затем раскат грома – столь могучий, что затряслись стекла в деревенском доме… Хотя сейчас над Мореславлем не висело и облачка, картинка перед глазами стала, как живая.

- Бабушка… Не умирай, бабушка!

- Мальчик мой… - Сухонькие, словно тростинки, но такие нежные и ласковые, руки сжимают его ладошку. – Коля, Коля-Облачко, всё будет хорошо. Арина приедет скоро, не переживай.

- Мама вылечит тебя?

- Конечно, зайчик мой, конечно. – Старушка закашлялась. – Принесешь мне воды?

Схватив графин на столике возле окна, мальчуган вздрогнул, когда клинок небес в очередной раз сверкнул снаружи. Но не свет и не грохот испугали его. Бледное мужское лицо с сапфировыми глазами – оно мелькнуло лишь на миг, а в следующую секунду, Колю вернул к реальности бабушкин кашель, а за окном никого…

- Жаль, что столько. – Выдохнув облачко дыма, протянул человек, отправляя окурок в мусорку и переводя взгляд за спину мужчины.

Сверху, пытаясь докричаться до папы, махал Димка, обнимаемый мамой, на каштановых локонах которой задорно играло полуденное солнце. Но даже с такой высоты, Галина увидела, что супруг почему-то не смотрит на них, озираясь по сторонам.

- Папа! Смотри, как мы высоко!

Женщина в цветастом платье и с резкими, неприятными чертами скуластого лица, стянувшая огненно-рыжие волосы в хвост… Добродушно выглядящий толстячок в пиджаке с чемоданом и гусарскими усами… Двое молодых парней с куртками в руках… Все непохожие, в разных концах парка – но глаза одинаковые, равно как и взгляд, обращенный к…

- Почему… они смотрят туда? – В голосе Николая читались удивление и… испуг. – Почему они смотрят на колесо?

- Говорю же.

Небритый рабочий сунул руки в карманы спецовки, также устремив взор наверх – не к кабинкам, а на центр колеса, где сходились все конструкции исполинского аттракциона, окруженного сотнями веселящихся людей.

Званг!

Ударившись об асфальт, к ногам Николая подкатился сломанный металлический шуруп.

- Сегодня их будет много.

Званг… Званг…