Могильщик старого кладбища

Старинные кладбища Петербурга - особые достопримечательности, привлекающие своей атмосферой и тайнами. Некоторые мистические истории появились в 18-19 веках, а некоторые в недавнем веке 20-м.

189* год

Из дневника Николая Вербина.

"В этот день была годовщина смерти одного моего доброго друга. К своему стыду, я увлекся делами суетными и почтить память товарища отправился не с утра, а спустя несколько часов после полудня.

Осенью темнеет рано, и когда я вошел в кладбищенские ворота, уже начали сгущаться сумерки…

На обратном пути, мое уединение было нарушено. Мне преградил путь могильщик, человек пренеприятного вида, укутанный в лохмотья. Он молча стоял передо мной, опираясь на лопату. От взгляда его глаз меня охватило необъяснимое беспокойство.

Наконец, незнакомец произнес:

- Дай на выпивку, барин.

Меня поразил его тон. Он не просил, а требовал.

Желая поскорее избавиться от неприятного субъекта, я достал из кармана медную монету и протянул могильщику, который довольно закряхтев, сошел с моей дороги. Уходя я обернулся, могильщика поблизости не было. Он будто растворился в вечернем сумраке. "

Эта пра-пра-дедушкина история мне сразу вспомнилась, когда я гуляла по Никольскому кладбищу.

- Только бы как пра-дедушка этого могильщика не встретить, - пробормотала я.

- Ему повезло, что он не пожадничал, а то пропал бы, - услышала я голос.

Обернувшись, я увидела человека неопределенного возраста в потертом пальто. Я смутилась, что прохожий услышал меня.

- И гулять тут в темное время суток нельзя, - продолжал незнакомец, - это территория мертвых. Кусочек кладбищенской земли маленький, сразу за стенами уже мир живых поступил – город. Хозяева земли за ограду не лезут, но незваных гостей на своей земле не любят…

- Призраки возвращаются? – спросила я.

- Потревоженные души захороненных, - ответил собеседник, - после революции с могилами «буржуев» не церемонились. И кроме дикарей-революционеров еще «кладоискатели» постарались, разоряли могилы, чтобы найти украшения, драгоценности. В 19 веке на Никольском кладбище знатных господ хоронили, вот и искали дегенераты революции клады мертвецов. А осквернение могилы лишает душу покоя, поэтому бродят тут многие.

Рассказчик вздохнул.

- Но неупокоенные души, если им не надоедать, не навредят. Страшнее злобные души умерших чернокнижников, - продолжал он, - Кстати, они тут в 20 веке появились. Монах Прокопий, например. Он жил неподалеку в 70е годы и делал снадобья из костей мертвецов. Несмотря на борьбу партии с мракобесием, - собеседник хмыкнул, - находились клиенты на его товар. Как-то монах решил провести обряд, чтоб заключить сделку с Дьяволом и получить эликсир жизни.

Нужно было привести на кладбище девку легкого поведения, привязать ее к кресту, выколоть ей глаза, отрезать язык и собрать стекающую кровь в церковный кубок. Потом нужно было 666 раз проклясть имя Бога и выпить кровь из кубка. Но не успел монах закончить обряд до рассвета. Умер с первыми лучами солнца. И с тех пор бродит его черная душа по кладбищу. Иногда в облике черного кота появляется, который кидается на людей.

Собеседник рассказывал красочно, от его тона становилось жутко.

На секунду мне показалось, что по тропинке скользнула черная тень.

- Живых колдунов бояться надо, - хмыкнул рассказчик, заметив мое волнение, – Под кладбищенской землей есть потайные ходы, коридоры, залы, которые в 9 веке еще викинги прокопали. В этих подземельях маги проводят обряды. В лихие 90е годы на кладбище нашли отрубленные руки. Решили, что маньяк резвиться, но это были ритуальные убийства, хоть в милиции все отрицали…

- А как же призраки колдунов не пугают? – удивилась я.

- Пугают, - махнул рукой незнакомец, - некоторые маги чистятся без вести пропавшими… Каждый думает, что сумеет обмануть призраков и подчинить их своей воле, но немногим это удается… А если и удается, то ненадолго…

Собеседник взглянул на часы.

- Пора уходить, - сказал он мне, - темнеет рано, время визитов заканчивается… Гости, не надоедайте хозяевам…

Уговаривать меня было не надо. Я быстрым шагом отправилась к огням живого города.

Незнакомец, что бурча себе под нос, шел за мной следом. На выходе с кладбища я оглянулась, чтоб попрощаться. Но его нигде не оказалось. Он просто вдруг исчез, как будто его и не было.