Молитва за скорбных

Прочитала я тут повествование: «Чуток мистических историй». В нём браток взялся молиться за своих бывших подельников. У меня есть подобная история. Хотела в коментах на неё написать, но выходит очень длинно. Поэтому поделюсь и с вами.

Так вот:

Моя мама Лидия в преклонном уже возрасте стала очень верующим человеком – жизнь у неё, вдовы с тремя детьми, была нелёгкой. А в последние годы она даже в храме несколько лет поработала – лампады зажечь, свечи потушить, полы протереть. А иногда и архиерею ковёр постелить. И хотя эта работа была нелёгкой, ей она очень нравилось. Когда артрит не дал ей больше там трудится, очень сожалела об этом. И как и все церковные старушки, мама была очень старательна, до последней буквы соблюдая все требования – посты, молитвы, платок на голове. И всех хотела спасать. В том числе и умерших. Молилась она, кроме своих родных, за всю деревню, в которой жила когда-то в юности. На помин и панихиду всегда писала огромные списки – убористым почерком на нескольких листках. Батюшки уже знали, чья это работа, и не раз её вразумляли. Говорили: «Ты, Лидия, хоть своих отмоли, что ты полдеревни ещё тянешь? Смотри, не надорвись». Но мама была неисправима. Как писала, так и продолжала. Только просила кого-нибудь из прихожан за неё написать.

Как-то подошёл Великий Пост. И тут кто-то умный маме подсказал, что если весь этот пост читать особую молитву – святому Уару, то можно отмолить весь свой род. Мол, поминать можно всех – не крещеных младенцев, не отпетых родных, самоубийц и преступников. Она мне со слезами тогда сказала, мол, сама же знаешь, какие мы страшные времена пережили – голод, сталинские лагеря, войну, безбожное советское время. Сколько у нас в роду некрещеных и не отпетых – никто не знает. Конечно, были такие. Например – мамин дед Степан, раскулаченный в 30-е годы, помер на стройках Нижнего Тагила в лагерях. Ясное дело – не отпетый и зарытый, как мусор. Дети в прежние времена тоже в деревнях мёрли, как мухи – от дифтерита, кори, краснухи и прочего, от которых лечить ещё не умели. А церкви закрыты были. Где крестить или отпевать?

И вот мама взялась за дело. Каждый вечер читала акафист Уару с поклонами, перечислением имён всех умерших и тех, безымянных в роду, кто не был крещён, отпет, совершил смертные грехи. Что занимало не один час. И это во время строгого поста, да после тяжёлой работы в храме. Мама исхудала, под глазами залегли тёмные круги.

Когда я забегала к ней, мама рассказывала, что во время чтения акафиста земля у неё под ногами трясётся – хотя жила она на 3-м этаже – а подошвы ног горят, как в печи. А однажды, уже в конце этого стояния, мама как-то со страхом рассказала, что её посетило видение. Будто встали перед ней рядами около сотни мужчин и женщин – кто в тёмной одежде, кто в светлой. А находящиеся в самом низу рядов – чёрненькие, странно трепетали: то появятся, то исчезнут. И выше всех были дети – младенцы и побольше. Все в голубых или белых сияющих одёжках. И все тянули к ней руки.

Увидев это видение, мама едва сознание не потеряла. И упала на пол без сил.

«Что моё видение значит?» – спросила она меня. «А ты у батюшки об этом спроси, – сказала я. – Они лучше такие вещи знают. Ну, а на мой взгляд, все те, за кого ты молилась, пришли тебя поблагодарить». Она мне радостно улыбнулась и тут же, нахмурившись, сказала: «Нет, батюшкам я ничего не скажу. Я уже спрашивала их за Уара – можно ли читать, а они меня не благословили на это. Сказали – надо быть великим подвижником, чтобы такой крест понести за них. Не сдюжишь ты, сама можешь помереть. Узнают, что самовольничала. Ещё из храма выгонят».

А тут и пост закончился. И мамино стояние за не отпетых и не крещёных закончилось. Покушать, опять же, можно было вволю. Мама быстро пришла в себя.

Но вот пришёл следующий Великий Пост и мама снова достала книжечку с акафистом Уару, намереваясь продолжить своё стояние. Но не вышло. Но – то ноги заболели и ей пришлось даже вечерние молитвы читать сидя, то сын, мой старший брат, в гости к ней приехал. Не получилось у неё больше отмаливать скорбных родственников. А очень ей хотелось. Сейчас уж самой мамы Лидии на свете нет и, надеюсь, её нелёгкое стояние за других ей как-то на том свете зачтётся.

Так вот, в «Чуток мистических историй» братка, который пытался на кладбище молиться за своих умерших дружков, подкинуло в воздух. Он, конечно, очень хотел доброе дело сделать, но, как говорили батюшки – не сдюжил. Может, если б постился и в храме поработал, что-то бы и получилось. Да и молитвы надо правильные читать да в правильное время. И помощь получать от сильных святых, специально на это от Бога закреплённых. Сам не сдюжишь. Шутка ли – смертные грехи.