Мой любимый — оборотень

Это случилось незадолго до нашей встречи с Вадимом. Я встречалась с другим, точнее, пыталась забыть Вадима и начать свою жизнь заново. Без него. Мама несказанно была рада новому молодому человеку и сдувала с него пылинки. Только мое сердце не переставало ныть. Прошло около полугода с нашего расставания, и все давно пора было забыть, но нет…

И вот накануне знакомства с родителями Антона (так звали моего молодого человека) мне приснился сон.

К нам в дом постучали. Я вышла и увидела его. Передо мной стоял Вадим.

— Пойдем со мной, — протянул он руку.

— Мам, я гулять, вернусь поздно, — закрывая дверь и не заходя больше домой крикнула я, — или у девочек переночую!

Я положила свою руку в его. Мы шли молча. Он смотрел вперед, а я не смела ничего спрашивать. Конечно, опять появился, когда не ждали. И какой ты финт выкинешь опять, дорогой мой?

— Я тебя отведу к себе домой, там будут мои друзья, — начал он, — посиди пока с ними, а я схожу кое-куда и вернусь.

— Я не хочу с ними сидеть, я не хочу видеть их пьяные рожи.

— Не переживай, они тебя не тронут.

Мы шли, мешая ногами мокрый снег. Вот уже виднелся дом Вадима. Меня забила мелкая дрожь.

— Я не…

— Я скоро вернусь, — перебил он меня, открывая мне дверь и пропуская вперед. Я увидела свет знакомых окон и силуэты его друзей. Шум веселья слышен был даже во дворе.

— Идем, — он подхватил мой локоть и повел в дом.

В доме собрались все его друзья, и шумная пьянка шла в полном разгаре. Все сидевшие окинули меня пьяным и презрительным взглядом.

— К ней не приставать, — грозно обратился к ним Вадим и повернулся ко мне, — иди в мою комнату и сиди там тихо-тихо.

Под шепот и злобное хихиканье вперемешку с изучающими взглядами он провел меня в комнату.

— Я скоро вернусь, — повторил он и вышел.

— Вадим… — шепнула я ему вслед, протянув было руку, но не успела поймать его.

Сжав руки на груди, я шагнула в самый темный угол комнаты, слушая веселые разговоры и пьяный гогот его друзей. Увидев окно, я подбежала к окну, надеясь поймать взглядом Вадима. Но за окном его не было, только розовый зимний закат, струйки дыма от печей, стремящихся вверх. Я как будто всем телом чувствовала эту холодную январскую тишину со скрипом снега, звоном проезжающих мимо поездов. Неожиданно в небо, откуда ни возьмись, поднялись два огромных красивых аиста. Они пролетали плавно, спокойно, как будто не чувствовали холода и им было все равно, что сейчас зима.

— Эй, девка, — прервал мои раздумья один из его друзей, — как тебя зовут?

— Что тебе нужно? — испугалась я и поползла по стенке прочь от обнаглевшего парня, — тебе ясно было сказано не приставать!

— И кто же это сказал, а? — ухмыльнулся он, подходя ко мне все ближе, — напомни мне, а то я что-то забыл!

Я подавилась собственными словами, догадываясь, что он хочет сделать со мной. Я села и вжалась в стену, испуганно вытаращив на него глаза и хватая воздух ртом, как умирающая рыба. Его руки уже тянулись ко мне, я уже чувствовала его сильный перегар. Еще немного…

— Вадииииииим! — выпалила я, уже плача, — Вадиииим!

— А ну не ори! — замахнулся на меня парень, но не успел ударить. Его глаза вытаращились, а лицо скорчилось от боли. Рука повисла в воздухе.

Его руку крепко держал Вадим. Пальцы сжались в цепком аркане. Его друг извивался как червяк и кривился от боли. У Вадима было независимое лицо, без всяких эмоций. Только скулы ходили ходуном.

— Собирайся. Мы уходим.

— Ага, — трясущимися руками я схватилась за стул и поднялась с пола. Вадим оттолкнул своего друга в угол и взял меня за руку.

— Что бы ты сейчас ни увидела, не смей отпускать руку, — он спокойно взглянул на меня, — ты меня поняла?

— Да.

Мы шагнули за дверь. Дорога была долгой, мы шли все так же молча, а он держал крепко мою руку. Я не чувствовала холода, через его пальцы тепло как будто проникало во все мое тело. Вдруг перед собой я увидела огромный завод. Когда мы подошли ближе, он начал видоизменяться. Здоровые кирпичные стены начали вращаться и перестраиваться, сыпя перед собой много пыли и осколков. Я испуганно отшагнула назад. Вадим сжал меня крепче.

— Не бойся, — успокоил он меня и потянул вперед за собой.

Весь завод за мгновение превратился в огромный жуткий лабиринт, стены вросли так, что неба не было видно. Я не видела перед собой и вокруг ничего, кроме пестрящих всюду кирпичей. За стенами послышались стоны, рыканье и мерзкие смешки. Я отчетливо слышала сильный скрежет по кирпичам. Меня проняла сильная дрожь. Вадим неумолимо шел вперед.

Вдруг где-то за мной на очень близком расстояний послышался душераздирающий вопль. Тут я не выдержала, рука выскользнула из руки Вадима. Я громко и испуганно вдохнула в себя воздух. Это случилось незадолго до нашей встречи с Вадимом. Я встречалась с другим, точнее, пыталась забыть Вадима и начать свою жизнь заново. Без него. Мама несказанно была рада новому молодому человеку и сдувала с него пылинки. Только мое сердце не переставало ныть. Прошло около полугода с нашего расставания, и все давно пора было забыть, но нет…

И вот накануне знакомства с родителями Антона (так звали моего молодого человека) мне приснился сон.

К нам в дом постучали. Я вышла и увидела его. Передо мной стоял Вадим.

— Пойдем со мной, — протянул он руку.

— Мам, я гулять, вернусь поздно, — закрывая дверь и не заходя больше домой крикнула я, — или у девочек переночую!

Я положила свою руку в его. Мы шли молча. Он смотрел вперед, а я не смела ничего спрашивать. Конечно, опять появился, когда не ждали. И какой ты финт выкинешь опять, дорогой мой?

— Я тебя отведу к себе домой, там будут мои друзья, — начал он, — посиди пока с ними, а я схожу кое-куда и вернусь.

— Я не хочу с ними сидеть, я не хочу видеть их пьяные рожи.

— Не переживай, они тебя не тронут.

Мы шли, мешая ногами мокрый снег. Вот уже виднелся дом Вадима. Меня забила мелкая дрожь.

— Я не…

— Я скоро вернусь, — перебил он меня, открывая мне дверь и пропуская вперед. Я увидела свет знакомых окон и силуэты его друзей. Шум веселья слышен был даже во дворе.

— Идем, — он подхватил мой локоть и повел в дом.

В доме собрались все его друзья, и шумная пьянка шла в полном разгаре. Все сидевшие окинули меня пьяным и презрительным взглядом.

— К ней не приставать, — грозно обратился к ним Вадим и повернулся ко мне, — иди в мою комнату и сиди там тихо-тихо.

Под шепот и злобное хихиканье вперемешку с изучающими взглядами он провел меня в комнату.

— Я скоро вернусь, — повторил он и вышел.

— Вадим… — шепнула я ему вслед, протянув было руку, но не успела поймать его.

Сжав руки на груди, я шагнула в самый темный угол комнаты, слушая веселые разговоры и пьяный гогот его друзей. Увидев окно, я подбежала к окну, надеясь поймать взглядом Вадима. Но за окном его не было, только розовый зимний закат, струйки дыма от печей, стремящихся вверх. Я как будто всем телом чувствовала эту холодную январскую тишину со скрипом снега, звоном проезжающих мимо поездов. Неожиданно в небо, откуда ни возьмись, поднялись два огромных красивых аиста. Они пролетали плавно, спокойно, как будто не чувствовали холода и им было все равно, что сейчас зима.

— Эй, девка, — прервал мои раздумья один из его друзей, — как тебя зовут?

— Что тебе нужно? — испугалась я и поползла по стенке прочь от обнаглевшего парня, — тебе ясно было сказано не приставать!

— И кто же это сказал, а? — ухмыльнулся он, подходя ко мне все ближе, — напомни мне, а то я что-то забыл!

Я подавилась собственными словами, догадываясь, что он хочет сделать со мной. Я села и вжалась в стену, испуганно вытаращив на него глаза и хватая воздух ртом, как умирающая рыба. Его руки уже тянулись ко мне, я уже чувствовала его сильный перегар. Еще немного…

— Вадииииииим! — выпалила я, уже плача, — Вадиииим!

— А ну не ори! — замахнулся на меня парень, но не успел ударить. Его глаза вытаращились, а лицо скорчилось от боли. Рука повисла в воздухе.

Его руку крепко держал Вадим. Пальцы сжались в цепком аркане. Его друг извивался как червяк и кривился от боли. У Вадима было независимое лицо, без всяких эмоций. Только скулы ходили ходуном.

— Собирайся. Мы уходим.

— Ага, — трясущимися руками я схватилась за стул и поднялась с пола. Вадим оттолкнул своего друга в угол и взял меня за руку.

— Что бы ты сейчас ни увидела, не смей отпускать руку, — он спокойно взглянул на меня, — ты меня поняла?

— Да.

Мы шагнули за дверь. Дорога была долгой, мы шли все так же молча, а он держал крепко мою руку. Я не чувствовала холода, через его пальцы тепло как будто проникало во все мое тело. Вдруг перед собой я увидела огромный завод. Когда мы подошли ближе, он начал видоизменяться. Здоровые кирпичные стены начали вращаться и перестраиваться, сыпя перед собой много пыли и осколков. Я испуганно отшагнула назад. Вадим сжал меня крепче.

— Не бойся, — успокоил он меня и потянул вперед за собой.

Весь завод за мгновение превратился в огромный жуткий лабиринт, стены вросли так, что неба не было видно. Я не видела перед собой и вокруг ничего, кроме пестрящих всюду кирпичей. За стенами послышались стоны, рыканье и мерзкие смешки. Я отчетливо слышала сильный скрежет по кирпичам. Меня проняла сильная дрожь. Вадим неумолимо шел вперед.

Вдруг где-то за мной на очень близком расстояний послышался душераздирающий вопль. Тут я не выдержала, рука выскользнула из руки Вадима. Я громко и испуганно вдохнула в себя воздух. Все происходило как в замедленном режиме.

— Я же тебе говорил, руку… Руку…

Вадим начал превращаться в огромного белого волка. Я с ужасом наблюдала, как рот вытягивается в огромную зубастую пасть. Большие белые клыки сомкнулись в зловещем оскале. Он с укором взглянул на меня и стал растворяться в появившейся воронке, которая затягивала все окружающее в себя. Мое тело онемело, я стояла и наблюдала за происходящим, а по щеке текла слеза.

В минуту все исчезло. Стало очень холодно. Я все еще стояла, скрестив руки на груди, и дрожащими губами что-то шептала себе под нос. Пар клубами шел изо рта. Мертвая тишина окружила меня, и только прерывистое дыхание разрезало холодный январский воздух.

От завода не осталось ничего. Вокруг меня был один только пустырь и виднеющиеся впереди знакомые дома. Я молча посеменила домой. Перед глазами мелькал образ огромного белого волка.

Я проснулась с ужасной тошнотой. Весь день я провалялась дома, и встреча с родителями Антона, конечно, отменилась. Неделю меня не отпускали мысли об этом сне, образ долго мелькал перед глазами. Потом я потихоньку начала об этом забывать, пока Антон не собрался мне сделать предложение. Вот тогда-то все пошло совсем по-другому, но это будет уже в следующей истории.