Налог, доход и дело табак

Президента Массачусетского технологического института, Страттона, однажды спросили: «Что самое трудное в вашей работе?». Он ответил: «Самое трудное — находить решимость для прекращения некоторых наших исследований». Всё верно, главное — вовремя остановиться. Или тебя остановят другие. Американский физик Р. Вуд был приглашён в научное учреждение для проведения лекции на тему: «Пламя».

Вуд вёл лекцию, а его ассистенты синхронно демонстрировали работу приборов и разных устройств. В зале пылало разноцветное пламя, пламя ацетиленовой горелки резало металлы, искры разлетаясь в разные стороны звонко лопались. Находившийся в зале пожарник всё это время ошалело наблюдал за этим буйством огня. Всю лекцию он простоял в напряжении, держа в руках огнетушитель. По окончании лекции Р. Вуд подошёл к окну и вытащил из кармана курительную трубку и спички. Пожарник заметив, что Р. Вуд зажёг спичку сразу же вышел из оцепенения и закричал обращаясь к физику: «Алло, там, на кафедре! Тушите спичку — это уже лишнее!». И Р. Вуд послушно спрятал спички. Раз сказали не курить, то нужно выполнять. Речь пойдёт не о пожарной безопасности. О доходах.

В 1890году в Тегеране англичанин Джон Талбот предложил шаху Персии Насср-Эддину выгодное дело. За разрешение организовать сроком на 15 лет табачную концессию, шаху лично было предложено 15 тысяч фунтов стерлингов ежегодно. Доход приличный. Имея 743 жены в гареме, а также нуждаясь в средствах для вторичной поездки в Европу — шах согласился. И ещё. Так как в Персии курили даже женщины в гаремах, то повышение налога на табак давало бы хороший доход в казну. Шаху вручили денег и концессия «Империал Таббако Корпоратион» стала закупать персидский табак по низким ценам и вывозить его за границу. Курящее население не сразу поняло свою беду и продолжало спокойно курить, но это длилось недолго. Курящие стали выражать недовольство высокими ценами. В ту пору религиозной столицей Персии считался город Мешхед, что в провинции Хорасан. В декабре 1891 года мешхедское духовенство обратилось к верующим — не курить, не покупать табака пока шах не закроет деятельность английской табачной концессии. Муджтехида мало волновала борьба с курением, просто все понимали, что это грабёж в пользу англичан. В знак протеста на тегеранских площадях стали собираться толпы народа.

Европейский квартал Тегерана был оцеплен Персидской казачьей бригадой состоящей из персов и русских казаков. Стреляли и были жертвы. Целых два месяца никто не курил и не покупал табака, напряжение росло. Шах не выдержал такого массового недовольства и в феврале 1892 года отменил деятельность концессии. Табак подешевел, все курящие заслуженно закурили и остались довольны. А шах был немало удивлён и возмущён когда к нему пришёл английский посол и потребовал денег. За расторжение контракта компания «Империал Таббако Корпоратион» потребовало заплатить неустойку в размере 500 тысяч фунтов стерлингов. Шах Насср-Эддин умел решать свои проблемы в стиле:«Направо кругом — это совершенно то же самое, что налево кругом, только совершенно противоположно по направлению». Он разрешил русскому промышленнику С. П. Лианозову добывать чёрную икру на юге Каспийского моря и с этого получал немалый доход.