Настенько

Дело было в Богом забытом селе Украины.

Мой дед всегда называл меня, единственную и, видимо, поэтому любимую внучку среди ещё четырех пацанов, Настенько (в украинском языке "е" читается как "э").

Моя мама, ещё при нерушимом союзе республик свободных, приехала из села учиться в тогда ещё Ленинград, а вслед за ней и отец. Так и остались здесь. Родили моего брата, а затем и меня. Каждое лето нас, детей, отправляли в село к бабушке с дедушкой на Незалежную. Тогда это практиковалось каждое лето, но с моих 11 до 14 лет поездки прекратились. Было что-то связано с документами, но только мне стукнуло 14, мы с братом уже самостоятельно садились на поезд "Либiдь", который мы шутливо называли "Гусак", и ехали, как говорили у нас в семье, домой.

Это длилось около двух лет, после мой брат сдал на права, и ездили мы уже всей семьёй на машине.

Это всё присказка, сказка будет впереди.

Был не такой уж далёкий 2013 год, август. Мы снова приехали на Украину, как позже сложилось, - в последний раз.

Первое, что по приезде делала моя семья, - объезд могил всех близких и не очень родственников (а в селе, как вы знаете, каждый через десятое колено друг другу родственник). Почему я, на тот момент 17-летняя девочка, упорно отказывалась от этого мероприятия - одному Богу известно.

В общем, динамила я своих родителей с данной процедурой все две недели. Бабушки возводили руки к небу, мол, так редко бываете, а на к родственникам не ходишь, мама упрашивала сходить хоть на могилу вышеописанного деда, отец угрюмо качал головой, брат деликатно молчал. Под конец поездки я сдалась. Причем, как "самая умная", на кладбище поперлась одна, лишь примерно зная, где могилы безвременно ушедших.

Долго, очень долго я блуждала по пятачку кладбища среди нескольких могил. О таком говорят "заблудился в трёх соснах", на какой памятник не посмотри - всё не то.

Солнце припекало, где-то далеко ржали кони, мычали коровы, а я всё бродила среди крестов.

Неожиданно мне вспомнилось поверье, что если ты долго не можешь найти чью-то могилу, то надо громко позвать усопшего по имени и тогда найдешь.

Нет, орать на всё кладбище я не стала, только тихонько пробормотала: "Дiдо, ну де ж ти?".

Я не сумасшедшая, я никогда не страдала ни слуховыми, ни зрительными галлюцинациями, со слухом никогда проблем не было, но в тот момент я чётко и ясно из-за спины услышала: "Настенько".

Стоит ли рассказывать, что, обернувшись, я увидела три креста, один из которых стоял в ногах моего деда?

И в тот момент я чувствовала себя ужасно виноватой и ревела, как, извиняюсь, тварь последняя. Я была любимой внучкой. У него для меня всегда и конфетка была, и гривна находилась. Он любил меня, а я такая разэтакая, даже времени не находила раз в год навестить его, заступался за меня даже после смерти, но это уже совсем другая история.