Не бросай трубку!

Она сидела на кровати, застеленной белой простынею, посредине небольшой комнатки, отгороженная от всего внешнего мира крепкими металлическими дверями и кирпичными стенами. Седые волосы, без малейшего намёка на другой цвет, кроме украденного у лунного света серебра, вновь упали на покрытый мелкой сеткой морщин лоб. Женщина торопливо убрала сбежавшие пряди наверх и поспешно принялась набирать заветный номер на панели недорогого сотового телефона:

— Сейчас, сейчас, доченька, подожди немножечко, подожди, минуточку… Алло? Света? Свет, это — ты? Да, да, конечно, мама… Нет, нет, я не положу больше трубку, никогда, никогда… Понимаешь, просто деньги кончились… Бывает такое, доча, часто бывает… Я заберу тебя оттуда, заберу обязательно… Не плачь, не рви мне сердце, доча… Холодно? Темно? А у нас светло и тепло…

Наблюдая за женщиной, с другой стороны двери стояли два человека, одетые в белые халаты. Высокий рыжеволосый медбрат повернул голову к низкорослому, симпатичному доктору:

— Смотрите, дозвонилась, типа… Просто вся светится…

— Это и неудивительно, — негромко отозвался молодой, недавно устроившийся в диспансер врач. — Её сознание, словно якорем, зацепилось за знакомый предмет, балансируя на грани абсолютного безумия. Интересно, а она действительно набирает номер, звонит куда-то, или просто машинально сама с собой играет? Вот что, Миш, она истощена. Введите ей снотворное и всё остальное по полной программе, как я прописал, а телефончик, пока спит, принеси мне.

— Жалко человека. Да тут любой бы на её месте не выдержал… Хорошо, хорошо, Иван Сергеевич, сделаю, как сказали…

(за несколько дней до описываемых событий)

— Мам, что хотела?

— Доча, я там, в сумке, вам ещё печенья положила…

— Мам, да найдём мы всё, не суетись ты так!

— Что делают отец и Димка?

— Да вон, малину собирают, только каждый по-своему. Димка себе в рот, а папка в ведро.

— Это Димка может!

— Ага, ладно, мам, попозже позвони.

— Доча, это опять я. Вот сижу на работе, перерыв начался, думаю, наберу и спрошу, как вы там.

— Да, мам, всё нормально. Димка рядом со мной, а вот отца уже минут двадцать не видно. Пойдём, его поищем. Димка, посмотри за вёдрами, пойду посмотрю, где папка твой прячется.

— Доча, ты братишку не бросай, ведь он совсем маленький. Идёшь куда — бери его с собой. Да вы покричите, отец и откликнется.

— Ну да… Димка, позови батю.

— Па-ап, папка-а…

— Голосистый он у нас, артистом оперным, точно, будет.

— Ладно, мам, пойдём отца поищем.

— Найдёшь — позвони.

— Ага. Обязательно.

— Мам, мам, ма-ам!

— Что, доча? Что-то плохо так слышно…

— Мам, мам, здесь кто-то есть! Зверь какой-то! Мам, мам, мы видели среди посадок что-то большое! И слышали, как он рычит…

— Доча, доча, где отец?

— Ой, мам, кусты трещат… Оно идёт сюда! Димка, иди ко мне, иди, бери меня за руку… Да быстрей, Дим, быстрей!

— Светка-а…

— Не плачь, Димка, не плачь!

— Ыыы…

— Доча, к машине бегите, к дороге, к людям, доча…

— Мам, мам, всё ближе, бли…

— Абонент вне зоны доступа.

— Алло, доча, доча. Ответь, дочка, ответь…

— Абонент вне зоны доступа.

— Алло, доча, алло, ты где? Доча, ты где, алло, алло?

— Абонент вне зоны доступа.

— Петровна, я в полицию позвонила. Говорят, нужно точно знать, в какую сторону поехали. Ирина побежала МЧС поднимать…

— Доча, доча, ответь, и не бросай, я умоляю тебя, не бросай эту проклятую трубку!

— Абонент вне зоны доступа…

— Мам, мам, это — я! Ма-ам, ответь, ответь!

— Доча, доча, я слышу тебя! Не ложи, не ложи трубку, доча! Я здесь, родная! Я — близко!

— Мам, денег, денег на телефон… Димка, быстрей, быстрей! Он гонится за нами! Ди-имка, шевелись, шевелись…

— Кто, доча, кто?

— Возле… отца… задержался… Папка… Везде кровь… Пааап…

— Ыыыыы… Пааап…

— Доча, доча, доча, не ложи трубку, не ложи…

— Абонент вне зоны доступа.

— Дочка, Света-а-а… Светаааа…

— Алло, алло, Свет! Ответь, Света, алло!

— Абонент вне зоны доступа.

— Алло, алло, Света, это — я! Прошу, доча, ответь, ответь!

— Абонент вне зоны доступа.

— Алло, дочка, возьму трубку!

— Петровна, на вот, лекарство!

— Свет, ты слышишь меня?

— Абонент вне зоны доступа.

— Мам, мам, это я!

— Да, Свет, слышу, слышу! Что случилось? Где вы?

— Мам, мы в сарае каком-то. Здесь несколько строений. Брошенные все, в одном из них мы с Димкой. Мам… Мы…

— Да, да! Говори!

— Мам, не пропадай, не бросай трубку!

— Я здесь, я здесь!Она сидела на кровати, застеленной белой простынею, посредине небольшой комнатки, отгороженная от всего внешнего мира крепкими металлическими дверями и кирпичными стенами. Седые волосы, без малейшего намёка на другой цвет, кроме украденного у лунного света серебра, вновь упали на покрытый мелкой сеткой морщин лоб. Женщина торопливо убрала сбежавшие пряди наверх и поспешно принялась набирать заветный номер на панели недорогого сотового телефона:

— Сейчас, сейчас, доченька, подожди немножечко, подожди, минуточку… Алло? Света? Свет, это — ты? Да, да, конечно, мама… Нет, нет, я не положу больше трубку, никогда, никогда… Понимаешь, просто деньги кончились… Бывает такое, доча, часто бывает… Я заберу тебя оттуда, заберу обязательно… Не плачь, не рви мне сердце, доча… Холодно? Темно? А у нас светло и тепло…

Наблюдая за женщиной, с другой стороны двери стояли два человека, одетые в белые халаты. Высокий рыжеволосый медбрат повернул голову к низкорослому, симпатичному доктору:

— Смотрите, дозвонилась, типа… Просто вся светится…

— Это и неудивительно, — негромко отозвался молодой, недавно устроившийся в диспансер врач. — Её сознание, словно якорем, зацепилось за знакомый предмет, балансируя на грани абсолютного безумия. Интересно, а она действительно набирает номер, звонит куда-то, или просто машинально сама с собой играет? Вот что, Миш, она истощена. Введите ей снотворное и всё остальное по полной программе, как я прописал, а телефончик, пока спит, принеси мне.

— Жалко человека. Да тут любой бы на её месте не выдержал… Хорошо, хорошо, Иван Сергеевич, сделаю, как сказали…

(за несколько дней до описываемых событий)

— Мам, что хотела?

— Доча, я там, в сумке, вам ещё печенья положила…

— Мам, да найдём мы всё, не суетись ты так!

— Что делают отец и Димка?

— Да вон, малину собирают, только каждый по-своему. Димка себе в рот, а папка в ведро.

— Это Димка может!

— Ага, ладно, мам, попозже позвони.

— Доча, это опять я. Вот сижу на работе, перерыв начался, думаю, наберу и спрошу, как вы там.

— Да, мам, всё нормально. Димка рядом со мной, а вот отца уже минут двадцать не видно. Пойдём, его поищем. Димка, посмотри за вёдрами, пойду посмотрю, где папка твой прячется.

— Доча, ты братишку не бросай, ведь он совсем маленький. Идёшь куда — бери его с собой. Да вы покричите, отец и откликнется.

— Ну да… Димка, позови батю.

— Па-ап, папка-а…

— Голосистый он у нас, артистом оперным, точно, будет.

— Ладно, мам, пойдём отца поищем.

— Найдёшь — позвони.

— Ага. Обязательно.

— Мам, мам, ма-ам!

— Что, доча? Что-то плохо так слышно…

— Мам, мам, здесь кто-то есть! Зверь какой-то! Мам, мам, мы видели среди посадок что-то большое! И слышали, как он рычит…

— Доча, доча, где отец?

— Ой, мам, кусты трещат… Оно идёт сюда! Димка, иди ко мне, иди, бери меня за руку… Да быстрей, Дим, быстрей!

— Светка-а…

— Не плачь, Димка, не плачь!

— Ыыы…

— Доча, к машине бегите, к дороге, к людям, доча…

— Мам, мам, всё ближе, бли…

— Абонент вне зоны доступа.

— Алло, доча, доча. Ответь, дочка, ответь…

— Абонент вне зоны доступа.

— Алло, доча, алло, ты где? Доча, ты где, алло, алло?

— Абонент вне зоны доступа.

— Петровна, я в полицию позвонила. Говорят, нужно точно знать, в какую сторону поехали. Ирина побежала МЧС поднимать…

— Доча, доча, ответь, и не бросай, я умоляю тебя, не бросай эту проклятую трубку!

— Абонент вне зоны доступа…

— Мам, мам, это — я! Ма-ам, ответь, ответь!

— Доча, доча, я слышу тебя! Не ложи, не ложи трубку, доча! Я здесь, родная! Я — близко!

— Мам, денег, денег на телефон… Димка, быстрей, быстрей! Он гонится за нами! Ди-имка, шевелись, шевелись…

— Кто, доча, кто?

— Возле… отца… задержался… Папка… Везде кровь… Пааап…

— Ыыыыы… Пааап…

— Доча, доча, доча, не ложи трубку, не ложи…

— Абонент вне зоны доступа.

— Дочка, Света-а-а… Светаааа…

— Алло, алло, Свет! Ответь, Света, алло!

— Абонент вне зоны доступа.

— Алло, алло, Света, это — я! Прошу, доча, ответь, ответь!

— Абонент вне зоны доступа.

— Алло, дочка, возьму трубку!

— Петровна, на вот, лекарство!

— Свет, ты слышишь меня?

— Абонент вне зоны доступа.

— Мам, мам, это я!

— Да, Свет, слышу, слышу! Что случилось? Где вы?

— Мам, мы в сарае каком-то. Здесь несколько строений. Брошенные все, в одном из них мы с Димкой. Мам… Мы…

— Да, да! Говори!

— Мам, не пропадай, не бросай трубку!

— Я здесь, я здесь! Где отец?

— Он убил его…

— Кто он? Кто?

— Медведь…

— Медведь? Какой медведь?

— Очень большой… Опять, опять! Он ломится сюда, дверь трещит, не выдержит… Ой, мамочки, мамочки, вон лапу уже видно между створок!

— Све-ет…

— Димка, не плачь, руку, руку давай, вон ещё дверь. Бежим к ней, нужно отсюда убираться! Вон к тому сараю… Побежишь… Не останавливайся… Не плачь, не плачь, братишка, мы его обманем… Верь мне, верь…

— Ыыы… Свеееет… Я боюсь!

— Огррх…

— Света-а-а, боюсь…

— Свет, Свет, ты где?

— Абонент вне зоны доступа.

— Свет, Света!

— Абонент вне зоны доступа.

— Свет, Света, алло, алло…

— Абонент вне зоны доступа.

— Свет, Света…

— Абонент вне зоны…

— Мам, мам… А-ахм, мам… м-м-м, мам-м-м…

— Да, Светочка, я здесь, здесь. Только ты, девочка моя, не бросай трубку, не бросай её!

— М-мам-м-м, и т-т-ты не б-брос-сааай…

— Где Димка, где он?

— Он… не д-д-доб-б-беж-жал-л… Он свалил ег-го, я я заск-коч-чила, двери открытые держу, а он-н Дим-мку по земле-е-е таскает. Я кричу-у, а он-н-н ег-го лапами… По голове… Ди-има…

— Ди-и-имка-а-а!

— Это капитан Прохоров, успокойтесь, успокойтесь. Где вы находитесь?

— С-с-сар-рай какой-то…

— Двери закрыты?

— Д-да… Тольк-ко бежать не к-куда-а больше-е… Он догонит… Он убьёт меня!

— Есть ли перекрытия под потолком, балки и сможете ли вы на них взобраться?

— П-поп-пробую…

— Ди-има-а-а…

— Петровна, приляжь, приляжь… Боже, горе-то какое…

— Ди-и-имка!

— О-он скребёт-т, скреб-бёт-т две-ерь…

— Товарищ капитан, Сидоров говорит, что в том районе пару дней назад браконьеры медведицу с двумя медвежатами застрелили.

— Это он, точно…

— Медведи людей не едят, просто ломают и…

— Оставайтесь на связи, Светлана, к вам уже направляется помощь…

— Мам! А-а-а!

— Све-е-еточ-чка-а!

— Абонент вне зоны доступа…

— Светка-а-а!

— Ммамммм…

— Свет-т-та-а-а!

— Ммаммм… Уже не бо-ольно-о-о-о… Совсем чуть-чуть…

— Свет, Свет, где он, где?

— Напротив… Сидит… И… Смотрит… На меня… Голову склонил… Кажется… Довольный… Что я к нему попалась… Урч-чит-т-т…

— Свет, как далеко он от тебя? Это Прохоров.

— В ногах… Сидит… Не успела… Я залезть… Он меня… Ударил сильно… Очнулась тут… На земле…

— Ты можешь двигаться?

— Свет, Светочка, беги, доченька, беги! Чего ты ждёшь? Скажите ей! Скажите, не молчите! Беги, беги, беги! Ты одна у меня осталась!

— Н-н-нет пятк-ки… Ноги не чувствую…

— До-о-ч-ча-а…

— А-а-а! О-о-отпусти-и-и…

— Дайте воды!

— Выключите это, ради Бога!

— Хватит!

— А-а-а-а! О-о-ой!

— Светка-а!

— Отключите телефон!

— Р-руррргррр…

— А-а-а-ой-ооооо!

— Ррррррххх…

— Светлана, Светлана, что происходит, что там у вас происходит? Это Прохоров…

— Мама-а-а-а-а… Он мне-е-е-е но-о-оги-и-и-и ло-о-омае-ет и… гр-р-рыз-зёт-т-т… О-о-о! Мааааа!

— Выключите, ради Христа!

— Свеетоочкаа, дооочеенькааа…

— Маааамооооч-ч-чкаааа… Как боол-льноооо… Остааавь мееняяяя! Ааааа…

— Сделайте же что-либо, вы же полиция!

— Рргрхгр…

— О-ооо…

— А что я вам могу сделать?!

— М-м-мам-м-м… О-о-оо-оотпууу-ууустииил-л-л и смоооотрииит-т-т опяяять… Ой, мааамочка, как бооольно, я в кровииии всяяяя…

— Девочка, держись, держись, помощь близко. Сидоренко, всех поднимай, всех, слышишь! Дежурку туда, срочно!

— Петровна, Петровна!

— Доча, доча, любимая моя, родная, не покидай меня, не бросай. Доченька, я тебе подую, я тебя поглажу и все болячки пройдут, больно не будет больше, доча… Доча, доча, говори со мной… Доча, ты всё, что осталась у меня… Без тебя жизни нет…

— Маамааа… Не лоооожиии трубкууу, мамооочкааа…

— Доченька, моя любимая, никогда не положу. И ты не ложи, не ложи трубочку, моя миленькая, мама всё время рядышком, Солнышко моё…

— Уведите её отсюда!

— Отпустите меня!

— Маааам, не ложиии труубкууу… Не ухооодиии… Плоо-хооо мнеееее…

— Петровна…

— Ужас…

— Маам он встаааал… А-а-а-а!

— Доченька, любушка, я рядом, слушай меня, меня слушай, меня!

— Отойдите! Видите, женщине плохо!

— Все посторонние, покиньте помещение! Сидоров, Куропаткин, выведите на улицу людей!

— Ргрррх… Ргрр!

— А-а-а! О-о-ооо…

— Доча, доча, ответь, родная… Пожалуйста, Господи… Ответь, доча…

— Принесите валидолу или валерьянки, что угодно!

— Доча!

— Ма-а-а… Он рвёт меняяяяя… бль… оуу… бллльххрхх…

— Дооочааа, дооочааа, не ложи трубку, доочаа… Мама рядом, мама всех прогонит, мама поможет…

— Помогииии…

— Сидоров, машина где, почему ещё не там? Да я вас всех порву к е… ой матери!

— Маааа… Помогиии… Не брооосааай… оооооо… ххррр…

— Ргррххррггрх!

— Доча? Доча-а-а… Ответь, ответь… Господи, мне больше ничего не надо… Забери и меня! Доча, доча, ответь!

— Ргр… хрррр…

— Не забирайтеее у меняяя её! Отдайте трууубку!

— Иван Сергеевич, я вам телефон принёс. Вот женщина, усыпили мы её, — неловко переминался с ноги на ногу здоровенный медбрат перед столом, за которым сидел врач. — А она этот телефон даже во сне зажала в ладони и держит, держит, боится как будто потерять что-то…

— Миш, всё понятно, иди, работай. Через пару часов обход закончишь, зайдёшь и назад ей отнесёшь. Для неё этот телефон действительно всё — весь её мир спрятался в этом предмете…

Михаил как-то рассеянно кивнул головой, развернулся и, немного сгорбившись, вышел в коридор.

Молодой врач положил на стол перед собой телефон. Старый, ничем не примечательный аппарат.

Иван неловко, едва не уронив на пол, взял в руку маленький потёртый металлический корпус серого цвета и откинулся на спинку стула. Так, интересно посмотреть входящие и выходящие звонки. Он немного повернулся, чтобы свет настольной лампы осветил экран. Конечно, один и тот же адресат. Постоянно. Изо дня в день, из часа в час, из минуты в минуту… Переговоры продолжаются до тех пор, пока не кончатся деньги на балансе… Как только счёт обнуляется, так сразу и начинается кризис, но стоит телефону вновь заработать, и пациентка снова и снова звонит, звонит, изматывая себя, несмотря ни на какое время суток…

Не торопясь, подталкиваемый одним простым любопытством, Иван нажал на кнопку повтора и поднёс, улыбнувшись, телефон к своей щеке.

Гудок, второй…

Что же она всё-таки слышит там, где нет звуков?

Он едва не выронил из рук телефон, когда услышал голос. Голос ворвался в тесное помещение, мгновенно вытеснив все остальные звуки. Голос молодой девушки:

— Мама, мама, почему ты так долго молчала? Мам, не бросай трубку, не бросай эту трубку! Боль ушла, мама… Я люблю тебя, мама, люблю очень-очень, вытащи меня отсюда. Я здесь одна, повисла в холоде и темноте, мам, помоги мне, помоги. Мне так одиноко… Мне так многого не хватает… Димки, папки, твоей улыбки… Снега, травы и солнца… Только не бросай, не бросай трубку…

Заглянувшая в окно полная луна уверенно и быстро перекрашивала волосы молодого доктора в серебристый цвет.