Нечто странное в доме

Мдэ… не знаю, к какой категории это отнести… ну да ладно. Все, что расскажу, чистая правда. Лгать мне незачем, но прочувствовали мы с братом всей шкурой. Было мне 11 брату 8. Как-то под рождество к родителям пришли гости. Подруга родителей, одна из многих верующая, принесла книгу посвящённую, что-то там про жизнь святой Матроны. Ну и навязала нам почитать, чтобы мы не дергали их. Нам интересно было, все-таки после четырёх книг «хроники XX века» нужно было почитать ещё что-то.

В первый вечер нас переложили в зал, потому как в комнате, мы жили в частном доме, было страшно холодно. Лёжа на диване мы прочли четверть книги и легли спать. На утро, смотрю, на меня брат обижен. Спрашиваю - в чем дело?

Как оказалось пока все спали, дома стало происходить нечто странное, а именно, кто-то в валенках топал по кухне и баловался со светом: включал, выключал. Топал громко, но тени не падало, а тем более свет у нас включался на кухне с прихожей.

Брат будил всех. От страха подняться не мог, а потому пытался громким голосом кого-нибудь разбудить. Даже мама с чутким сном не просыпалась. А меня «раскачать» не мог.

Я отреагировал обычно, мол, приснилось, к тому ж года два назад у нас был домовой. К вечеру мы прочли ещё четверть книги и легли спать и вот тут, ночью, я понял, каково было брату. Нет, светом никто не баловался. В нашей оставленной холодной комнате, по дну металлической кровати, кто-то водил трубой. Да так громко! То постукивали по кроватям, то трясли её. Диван наш располагался на вытянутую руку от нашей спальни, над входом занавешенная штора. Я пытался разбудить хоть кого-то. Сам не в силах был поднять своё тело. Никто не отреагировал. Толкал брата, но он даже не шелохнулся. А звук с конца комнаты приближался к проходу. Тогда я как в фильмах ужасов стал тянуться дрожащей рукой до шторы, заодно шепотом произносил молитву Отче Наш. Я дотронулся до шторы в тот миг, когда пошла вторая строчка молитвы и дальше я ничего не помню. Как заснул? Ведь от происходящего, сна ни в одном глазу не было, лишь книга лежала на полу в центре зала. Больше мы её не читали и долго не могли, когда потеплело, вернуться в спальню.