Невольный мучитель

Ох, это было давненько) В начале девяностых. У нас с мужем родился второй сын. Те, кто поднимал детей без «памперсов», «радио-нянь», электронных молокоотсосов и прочих современных облегчителей жизни, меня поймут. Выматывает и физически и эмоционально)

Надо сказать, что первого сына я родила на первом курсе, в первую сессию, и, конечно, кормление грудью не заладилось. Именно поэтому, когда, спустя годы, родился второй, кормить самой было моей вдохновенной мечтой и жгучим желанием. Кормила и ночью — один раз…

В ту первую ночь, когда это все началось, я встала к ребенку, перепеленала его, покормила и положила в кроватку. Все, как обычно. Не знаю, что заставило меня подойти к окну вместо того, чтобы нырнуть в постель и моментально заснуть.

Но я подошла к окну и увидела, что дом, стоящий напротив нашего, весь погружен во мрак, и только в одном-единственном окне на первом этаже горит свет. Горит свет, у стены рядом с окном стоит кровать с голой панцирной сеткой, ничем не застеленная, на кровати сидит очень худой человек, похожий на скелет, в белом свободном исподнем и монотонно покачивается из стороны в сторону. Ну прям, как еврей на молитве! Я почувствовала какую-то тяжелую тревогу, но усталость и желание выспаться взяли свое, я легла и моментально уснула. Наутро ничего не вспомнилось.

На другую ночь все повторилось:встала, покормила, уложила. И опять подошла к окну. Темный дом. Свет в том же окне. И раскачивается из стороны в сторону «скелет». Вот тут меня обуял ужас, настоящий мистический ужас! Прыгнула в кровать, закрылась с головой одеялом, и лежала, боясь дышать и высунуть нос или ногу. Помню, что молила, чтоб не проснулся сын, ведь встать к нему было просто нереально от страха.

И началось. Днем все нормально, хлопотно и нестрашно, а вот ночью. Даю себе обещание не смотреть, а ноги сами несут, несмотря на ужас и страх. Подойду:свет, кровать, сидит — качается. За последующий месяц я нагнала на себя этими ночными приключениями такой панический ужас, такую необъяснимую мучительную удрученность и беспокойство, что даже подумывала о том, чтобы сходить днем в эту квартиру.

Развязка наступила, когда нервы мои были на пределе. Измученная, изнуренная, вымотанная до предела этой жутью, я попросила подругу выписать мне какое-нибудь успокоительное. Подруга работала в то время участковым терапевтом на нашем участке. Выслушав мой истерический эмоциональный рассказ, она только вздохнула. Оказалось, что в той квартире живет человек, болеющий раком в последней стадии, у него сильные боли, усиливающиеся по ночам…

Следующую ночь я не боялась: я уже обладала достаточным знанием и, следовательно, мужеством, чтобы, сострадая, жалеть моего невольного мучителя.