Незримый сосед

Прабабушка у меня была татаркой и росла в татарской деревне Пензенской губернии. Позже эта часть стала Мордовской АССР. Мой прадед был учителем, и уже после революции они часто ездили по другим татарским деревням учить детей.

Раз они приехали в одну деревню и поселили их в каком-то доме. Прабабушка была в то время беременна. Но жить в доме им словно мешали. Постоянно перемещались туда-сюда предметы, иногда даже при детях, когда они приходили на занятия.

Но больше всего домовой или, как называла его прабабушка «пирь» (я думаю, это местное название) невзлюбил мою прабабушку. Она говорит, что знала, что он живет на чердаке, ходит там и стучит днем, а ночью выходит, чтобы душить ее.

Каждую ночь он являлся ей, длинный, с руками ниже колен и только глаза зловеще сверкали. Больше ничего нельзя было разглядеть. Он говорил ей, что заберет ее ребенка. А убыры, как описано в сказках, как раз для рожениц и представляли опасность.

Прадед был образованным, к тому же коммунистом, и в ее рассказы не верил. Однако вскоре из этого дома они уехали, прабабушку больше никто не мучил по ночам, но родила она мертвого ребенка.

Потом она родила еще семерых детей, правда двое из них не дожили до взрослого возраста, но в то время детские смерти были в порядке вещей. Среди доживших была и моя бабушка. Она тоже рассказывала много разных мистических историй, одна из которых из ее детства.

Жили они так же в Мордовской АССР. Не знаю точно, но, наверное, дело было еще до войны. Бабушка еще была маленькой, решила она посмотреть во двор из окошка. А напротив окна стояла лавочка. Смотрит она и видит, что сидит на лавке кто-то чужой.

Когда она рассказывала мне, то называла его «йорт анасы», дословно «мать дома» или по-русски «домовой». Ножки его до земли не достают, но волосы аж по земле этой лежат. Расчесывает он их гребнем и горько рыдает.

Не успела бабушка опомниться, как закричали, что пожар в деревне. Еле прабабушка успела всех детей в охапку схватить и выбежать из дома. Не помню точно, по-моему, их дом не пострадал в пожаре, либо это был дом родителей ее отца, моего прадеда, потому что мать прадеда жила потом в их доме.

Также про домового рассказывала мне моя мама. Та самая моя прабабушка, ее бабушка тогда тяжело болела. Был 1993 год, и события происходили уже в Подмосковье.

В нашей квартире был такой советский гардероб на ножках. Мама была дома одна и куда-то собиралась. Раскрыла дверцы этого гардероба, чтобы достать платье, и что-то ее отвлекло, она вышла из комнаты. А когда вернулась, то увидела маленькое косматое существо. Оно сидело в этом гардеробе, и ножки были маленькими, не достающими до пола. Зыркнул на нее глазами и исчез. В этот день прабабушка умерла.

Кстати, с тех пор я боюсь шкафов. Вернее, боюсь увидеть в них домового. И однажды он все-таки мне привиделся. У моего близкого друга заболел отец, инсульт. А живем мы с другом вместе. Отец его находился в тяжелом состоянии, и было понятно к чему все идет.

В нашей спальне есть еще гардеробная комната, и я пошел туда одеваться. Самое большое пространство занимает открытый шкаф в верхней части, а ниже ящики. Между ящиками имеются расстояния где-то сантиметра два.

Я сел на пуф напротив, стал надевать брюки и вдруг ясно увидел, как из пространства между ящиками на меня посмотрело лицо, точнее глаза. Больше всего я заметил глаза. Я подумал, что это игра моего воображение и вещи в ящике просто были сложены так, что мне показалось лицо. Но испугался изрядно, я прямо застыл на месте.

Но потом опомнился и быстро вышел из гардеробной, закрыл дверь и, на всякий случай, притянул кота к себе, сказав, чтобы он не отходил от меня. С ним не страшно. Все-таки у нас не просто кот, а сервал, его кто угодно испугается. К сожалению, в этот день умер папа моего друга.

Кстати, со смертью его папы связано и другое событие. Незадолго до этого я был в Таиланде, там я посещал храм и попросил у Будды, чтобы вся моя семья, все мои родные были живы и здоровы.

Получается, послав такой сигнал, прося защиты своей семьи, я отнял отца у своего близкого, но не родного по крови, человека. Эта мысль до сих пор не дает мне покоя. Вдруг такую цену я заплатил за жизнь и здоровье своей кровной родни?