Ночь в тайге, которую вспоминаю с ужасом

То, о чем расскажу, произошло в 1990 году. Я работала в геологии, в тайге. В отряде нас было шесть человек: начальник отряда, геолог (девушка), геофизик (то есть я), студент и два рабочих.

Свой лагерь мы раскинули на берегу горного ручья, который находился в тайге. Поставили три палатки, оборудовали место для костра. Метрах в пяти бил родник, из которого брали воду пить и готовить.

Дни стояли солнечные. Мы уходили в маршрут, как только начинался рассвет, и возвращались уже в глубоких сумерках.

Через две недели по рации передали, чтобы срочно приехали за продуктами. Везде начались дожди. Уровень реки Шилка (она от нас была в десяти километрах и отделяла от основной база), начал подниматься. Начальник отряда, студент и оба рабочих, на другой день рано утром ушли на базу. В лагере остались: я и девушка-геолог. Наши мужчины обещали вернуться на другой день утром.

К вечеру внезапно налетел сильный ветер. Деревья под его напором стонали и издавали скрип, скрежет и треск. Все живое, птицы и животные затаились, будто в предчувствии беды. Так продолжалось примерно часа два. Небо в это время затянуло тяжелыми свинцовыми тучами. Казалось, еще немного и они опустятся на землю, придавив ее своей тяжестью. Тайгу накрыло черным покрывалом.

Ветер резко стих, как будто кто-то там на верху выключил огромный вентилятор. Внезапный разряд молнии осветил все вокруг. А затем хлынул ливень. Мы сидели в палатке. Лида (геолог) читала книгу, а я обрабатывала рабочие материалы.

Внезапно мы услышали жуткий гул. Выбежав из палатки, увидели, что ручей превратился в грозную, бурлящую речку. Вода тащила валуны, которые были далеко не легкими и огромными. Кострище ушло под воду, и уже начало затапливать палатку с продуктами. Мы кинулись их спасать. Сахар, соль, жир и тушенку под этой свистопляской переносили к себе, так как наша палатка находилась на возвышенности и была надежда, что вода не зальет. Сверху лило, как из ведра, и ноги были по колено в воде. Пока все перетаскали, замерзли и очень устали.

Лида сразу же залезла в спальник и через пять минут уже спала. А мне надо было доделать работу. Поэтому затопив буржуйку, чтобы согреться, и переодевшись в сухое, села работать.

За стенкой палатки бушевала непогода, гудела речка. В буржуйке потрескивали дрова. Я начала согреваться. Вдруг меня насторожил звук, который вклинился к уже имеющимся звукам. Вначале я услышала плач младенца. Но откуда мог взяться маленький ребенок в тайге, где до населенного пункта от нас километров сто?! Прислушавшись, подумала что показалось. Прошло минут десять, и я опять услышала плач, но уже более отчетливо. Он продолжался где-то секунд 10-15, а затем раздался смех, от которого волосы встали дыбом! Не выдержав, разбудила Лиду. Вначале, спросонья, она ничего не слышала, но когда опять раздался смех, побледнела и спросила: “Что это?”.

Гроза постепенно уходила. Раскаты грома слышались реже, и звук был глухим. Дождь тоже стал стихать.

Смех приближался к нашему лагерю. Я уговорила девушку выйти из палатки и определить, с какой стороны слышен смех – может быть поймем, кто или что его издает. Мы вышли и стали прислушиваться. Дождь наконец-то прекратился, только с деревьев капали тяжелые капли. Уже скоро должен начаться рассвет.

Смех то прекращался, то опять начинался. Звучал он зловеще. Потом к смеху прибавился звук, похожий на звон колокольчиков и визг пилы, одновременно. От страха Лида заскочила назад в палатку и стала на меня кричать, чтобы тоже зашла и закрыла полог. Как будто палатка нас смогла бы защитить! А я от страха не могла сдвинуться с места, впала в ступор, и только вглядывалась в ту сторону, откуда раздавались звуки. Начало сереть. В той стороне я увидела неясные темные тени, в высоту примерно метра два. Их было несколько. Они находились между деревьями. По очертаниям напоминали размытые фигуры людей, в каких-то лохмотьях.

Я стала вначале шепотом, а потом уже в полный голос читать молитву “Отче наш”. Они замерли на месте, раскачиваясь из стороны в сторону. Внезапно лучи солнца прорезали пространство. Наступил рассвет. Тени задрожали (это напоминало конвульсии) и растаяли.

На ватных ногах я дошла до пенька, который был в метре от нашей палатке, и опустилась на него. “Ты их видела?” От неожиданности я вздрогнула. Лида (а это была она) посмотрела в ту сторону, где недавно были призраки. “Кого?” “Тени!”. Я оглянулась на нее: “А ты откуда их видела, ведь ты ушла в палатку?” На что она ответила: “Когда ты не захотела заходить, я опять вышла и посмотрев в ту сторону, куда и ты, увидела их. Это было жутко!”.

Когда вернулись мужчины, мы рассказали им про эту ночь. Начальник отряда вначале нам не поверил, сказав, что “У страха глаза велики” и нам все это привиделось. Раздались смешки. И тогда один рабочий, он раньше был охотником, местный, нам поверил.

Посмотрев на всех, сказал: “Девчонкам не привиделось. Они это все видели на самом деле. Да и не они первые, кто об этом рассказывает. Здесь в 50 километрах отсюда есть гиблое место, болото. Там много людей погибло. Само болото начинается резко и незаметно. Если смотреть со стороны, это просто луг с озерками воды. Но так далеко тени обычно от болота не уходили. Что-то заставило их двигаться в эту сторону. Мой совет: давайте перенесем лагерь выше по ручью. Там есть хорошее место. Это километра два от сюда”.

На этот раз уже никто не смеялся. Начальник отряда дал добро, и в этот же день мы перебрались на новое место. Больше, за все время работы на этом участке, ничего сверхъестественного не происходило.