О ворожбе

Как-то сидели мы на кухне у моей подружки. Пили чай и вспоминали молодость. Разговор зашел о мистике, и вот какую историю она мне рассказала спустя столько лет:

Вот ты говоришь, что я не верю в мистику. Верю. После одного случая из далекой молодости. Помнишь, у Янки была какая-то трагедия в личной жизни. Я уже сейчас и не вспомню, кто и почему ее бросил тогда, но она решила пойти к гадалке. Она ее и нашла. Чего меня с ней понесло – не знаю, только лучше бы я туда не ходила. Ворожея заранее предупредила, чтобы принесли ей одежду, не стиранную, которую возле тела носили. Ну, мы запаслись футболками и пошли. В квартире этой бабки меня поразила грязь и запах. Пахло завядшими цветами и пылью. А еще было темно и слишком много старой, громоздкой мебели. К себе она пускала по одному. Первой Янка пошла, а потом я. Ворожея сидела за столом, покрытым плюшевой скатертью с кисточками. Перед ней горела свеча. Она раскинула карты начала мне говорить о проблемах с мамой, о том, что нет у меня жениха, но будет. Взяла футболку и давай над ней шептать что-то. Я слов не разобрала. Вообще все действо смахивало на плохой фильм, от которого в голове мысли мешаются и о чем хотел сказать режиссер – не понятно. Потом она отдала мне футболку, запретила ее стирать и велела положить в шкаф. Обещала, что в 40 дней все мои мечты осуществятся. Как оказалось, Янке она то же самое пообещала, правда велела ей еще раз прийти с сорочкой ее парня. Не знаю, как она эту сорочку у него утащила, но второй раз к той ведьме я не пошла. Футболку засунула в шкаф и благополучно о ней забыла. Вспомнила, когда мама ушла жить к больной бабушке, а я как раз загадала, чтоб мама хоть на пару месяцев оставила меня в покое (бабушка как раз 3 месяца была в плохом состоянии). Мне стало не по себе, ведь бабушку я любила и не хотела ей ничего плохого. Потом я познакомилась с парнем, именно таким, о каком мечтала. Но было в наших встречах что-то неправильное, словно он их и хотел и не хотел. Поговорила с Янкой. У нее та же петрушка. Уже и сами не рады. А еще стали мы обе замечать тень. Ночью по комнате кто-то ходил. У меня от шкафа к моей кровати, а у Янки от комода к ее дивану. Одним словом поняли мы, что натворили и к кому ходили. Янка побежала в церковь, грехи замаливать, а той же ночью, говорит, тень ее душила во сне. Наутро, она в комод – а футболки той и нет! Всю квартиру перерыла – нет. Позвонила мне. А я – не крещеная, никуда не ходила, никто меня не душил, но спать не могла – кошмары мучили, причем с самого визита к ворожке. Полезла и я в шкаф. Тут волосы и у меня дыбом. Я в квартире уже почти месяц как одна. Никто в мою комнату не заходил, но футболки той след простыл. Самое обидное, что у Янки все легко прошло. Походила в церковь, святой водой комнату окропила – и все прошло. А у меня… Начала я эту тень и днем возле себя видеть, боковым зрением. Оглянешься – никого и ничего. Неприятности разные посыпались, как из рога изобилия, а по ночам – кошмары. Спать я почти перестала, после того, как и меня тень душить начала, а по всему дому мне слышался запах пыли и вялых цветов… Рассказать кому-то – боялась, что сочтут ненормальной. Не знаю, чем бы все это кончилось, но Янка потащила меня в церковь. Батюшка меня выслушал и предложил окреститься. Я согласилась. После крещения – все как рукой сняло. Было легко и радостно, впервые за полгода. Не скажу, что я стала ревностной прихожанкой, но с тех пор никаких гадалок и ворожей.