Обезглавленная (глава III)

Пасмурный свет утра пробился сквозь запотевшее от тепла батарей стекло. Как в полудреме я открыла глаза. Я лежала на полу в кухне, рядом валялся опрокинутый мной накануне электрочайник. Состояние было такое, будто ночью я не пила чай, а разгружала вагон с цементом. Поднявшись с пола, я взяла чайник, поставив его на подставку. С трудом, сгоняя усталость, я размяла отекшие суставы. Ну и бредовый же сон, подумала я. Пока мой взгляд не наткнулся на отчетливые мокрые следы от разлитой ночью из чайника лужи.

Стряхнув дремоту, я подставила свою босую ногу к мокрому следу на линолеуме. Отпечаток ноги был в два раза меньше, да и рельеф намного уже, словно след ребенка. Внутри все сжалось, наплыв ночных воспоминаний, словно ушат ледяной воды, вернул меня в реальность. Резко обозначившийся звук трели телефона заставил меня подпрыгнуть. На ватных ногах я прошла в коридор, услышав как включился зуммер автоответчика. «Оставьте сообщение после сигнала»...

Дрожа, я, не отрывая взгляда, смотрела на телефон, прислонившись спиной к стене, даже боясь сделать шаг, чтобы снять трубку. Гудок... Включилась запись: знакомый нарастающий скрежет, ножа по стеклу, пауза.

- Играть-играть, возвращайся играть...

Голова закружилась, словно в дремоте я зашла в ванну, чтобы умыться, вода в руках казалась ледяной. Поднося руки, наполненные водой, к лицу, я уловила в отражении странное видение, поглотившее и вырвавшие меня из реальности: девочка в старинном платье на поляне собирает цветы, кружась среди трав в полнолунном свете. То, приседая, то привстав, раскладывала букеты по соцветию растений и цветовой гамме. Читая странный слог, словно нараспев.

Мать-и-мачеха возьмет,

Сок в себя весь соберет.

Аконит и первоцвет

Трав заклятия секрет.

Ты травы лесной страшись,

Черной смертью рысь крадись.

Лунный колдовской букет

Очей жизни гасни свет

Все бросай и соберись

Поиграть со мной вернись...

Вернись - последнее слово эхом отдавалось в моей голове.

Медленно сползая по стене, я обхватила колени руками. Хотелось одновременно плакать и бежать куда-нибудь подальше от дома. Поборов в себе начинающуюся панику, я встала и, стараясь не смотреть на телефон, наскоро сделала уборку на кухне, попутно изобразив себе кофе, плеснула туда крепкой настойки. Напиток согрел и чуть привел меня в чувство. Надо собраться с мыслями и понять, что все это значит, подумала я. Все еще обходя телефон как противопехотную мину, я оделась и вышла из дома.

Оглядываясь как воровка, я огибала монолиты многоэтажек. Утренняя прохлада заключила меня в свои объятья и под давлением холода я медленно прогуливалась по улице, пытаясь вспомнить и сопоставить детские переживания с сегодняшней ночью. Пытаясь собрать весь клубок воспоминаний воедино, заключить я смогла только одно: что-то родственники мне в детстве не договаривали...