Обход

Моя история с связана с таким понятием в якутской вере, как «обход» («кэритии») — это аналог воздушных мытарств в христианстве. Считается, что после смерти человека в течение какого-то времени его дух не покидает землю, а посещает все места, где бывал при жизни. Когда дух совершает обход, некоторые люди могут слышать странные звуки и голоса, а особо чувствительные могут и увидеть это. Причём само слово «кэритии» на якутском языке по своему смыслу содержит элемент принуждения — дух не по своей воле совершает обход, а его как бы заставляют.

Родная сестра моей бабушки в молодости часто видела странные вещи. Годам к сорока зрение у неё ухудшилось, она перенесла пару операций и в результате стала очень плохо видеть. Сама она объясняла это тем, что была слишком зоркой, и «другие» не захотели, чтобы она излишне вникала в их дела. Она рассказывала мне в детстве довольно страшные истории из своей жизни. Вот история, которая касается того самого обхода.

Тем летом в нашей деревне умер какой-то долгожитель. После похорон прошла пара дней, и сестра бабушки вместе с остальными отправилась в поле на сенокос (покойник при жизни, естественно, тоже много времени проводил на сенокосе, так что посещение им при обходе этого места было вполне логично). И вот после обеда в разгар работы она вдруг услышала странные звуки, будто собачий вой вперемешку с плачем навзрыд. Она остановилась, огляделась и увидела, что в отдалении вдоль дороги плывёт в воздухе какой-то предмет наподобие спортивных козлов, и на нём кто-то восседает. А по обе стороны от него парят в воздухе два тёмных силуэта, напоминающих человеческие, и бьют его — лупят какими-то палками. Избиваемый, в свою очередь, и испускает тот самый жалобный нечеловеческий вой. Сестра бабушки испугалась и посмотрела на других людей, но никто, кроме неё, этого не замечал. Она к тому времени уже привыкла, что иногда она видит то, что другим недоступно, поэтому стала молча наблюдать.

Вся эта странная процессия проплыла по дороге мимо и скрылась вдали. Так как сестра бабушки находилась в поле далеко от дороги, она так и не смогла увидеть этих существ вблизи, да и не горела желанием. Но в какой-то момент она просто поняла — то ли по голосу, то ли по внешности, — что центральный человек на «козлах» (тот, кого бьют) и есть тот самый покойник, которого недавно похоронили. Это оставило у неё весьма тягостное впечатление — вообще говоря, в якутской традиции не считается, что обход сопровождается таким жутким избиением, да и покойник был при жизни человек вполне приличный, чтобы с ним после смерти обращались таким образом.

Сестра бабушки, рассказывая мне это, была уверена, что стала свидетельницей обхода. Потом после похорон в деревне она иногда вечерами смутно слышала нечёткие голоса и звуки, долетающие как будто из неба, но ничего не видела.