Образ

Хочу рассказать вам одну историю, случившуюся лет десять назад в нашем поселке. Дружили Евгения и Владимир еще со школы. После того как Владимир отслужил в армии, они поженились. Родители помогли им построить хороший дом и дальше помогали всем, чем могли. Казалось бы, живи и радуйся, но не тут-то было. На худом ли месте построили дом, или недобрый глаз позавидовал молодым супругам, только не задалась у них семейная жизнь. Однажды после очередной ссоры Владимир собрался и ушел в родительский дом. Только и произнес на прощанье жене: — Живи как хочешь! — Я-то буду, а вот ты — нет! — крикнула в ответ Евгения. Минуло три месяца. Стали люди в поселке замечать, что тает Владимир, исхудал, понурым стал. Подумали, что по жене сохнет, переживает. Мать же Владимира поняла — не в тоске дело, заболел чем-то сын, а врачи диагноз определить не могут. Тревога материнское сердце снедала, плохие предчувствия спать по ночам не давала. Собака во дворе по ночам выла, вырыла ямищу около крыльца. Однажды Владимир пожаловался матери, что три ночи подряд видит один и тот же сон: лежит он у бабки Евдокиньи дома на постели, та ругается, гонит его из дома, а он встать не может, сил нет, а в доме нет ни окон, ни дверей. Ужаснулась мать — ведь бабка Евдокинья осенью отдала Богу душу! В следующую субботу мать Владимира поехала в районный центр, в церковь, заказала молебен за здравие Владимира и обедню за упокой бабки Евдокиньи. В понедельник Владимир сказал матери, что снилась ему снова бабка Евдокинья, в этот раз взяла его за руку и вывела из дома. Открыла дверь, которую он до этого не замечал, и на прощанье сказала: «К дочери моей Гальке иди». Бросилась мать к Галине, рассказала ей обо всем. Та подумала и вспомнила, что заходила к ней Евгения, жена Владимира, просила сверточек в гроб к бабке Евдокинье положить. Так слезно и жалобно просила, что Галина разрешила. Говорила, якобы в газетку платочек для своей умершей бабушки завернула, та во сне к ней часто приходит, просит передать с кем-либо. Ничего не поняла мать, пошла домой ни с чем. Минул месяц. Идет как-то мать с работы домой, а навстречу ей старая цыганка. Остановилась возле женщины, посмотрела с прищуром на нее и говорит: «Образ твоего сына в чужом гробу тлеет, вместе с ним и жизнь его. Торопись, а то поздно будет». Как кипятком обдало бедную женщину. Вот что положила Евгения в гроб бабке Евдокинье — фотографию Владика! На следующее утро, взяв с собой Галину, мать пошла к председателю исполкома, а затем в милицию, и там все рассказала. Посочувствовали ей люди, приняли решение разрешить вскрыть могилу. Много народу собралось на кладбище — никогда подобного не было в поселке. Подняли гроб, открыли и нашли в ногах у покойницы газетный сверток. Развернули его, а в нем фото Владимира, размытое, полуистлевшее, вот-вот распадется на кусочки. У матери с сердцем стало плохо, приехала «скорая», сделали укол, отвезли в больницу. Вскоре продал Владимир родительский дом, забрал мать и уехал в город. Евгения тоже не стала жить там после содеянного, продала их с Владимиром дом и уехала неведомо куда.