Обрёл покой

Недавно моя подруга Яся (Ярослава) со своим парнем вернулась из похода в Карпаты. Её не было всего десять дней, но при встрече в университете с трудом узнала подружку. Нет, внешне она совсем не изменились. Но в повзрослевших глазах читалась… мудрость, что ли. Вчера Яся рассказала мне, что с ними произошло. Я не буду комментировать её рассказ. Не мне судить, правильно она поступила или нет. Пусть каждый сам сделает выводы.

Маршрут был довольно легкий, компания – веселая, погода – не самая худшая из всех возможных. Карабкались вверх, останавливались в самых живописных местах, по вечерам – пели песни у костра. В походе участие принимали только студенты, семейных пар не было, детей, соответственно, тоже.

Всё началось на четвёртый день, точнее – ночь. Яся проснулась от того, что кто-то крепко обнимал её ноги. Первая её мысль была, конечно, о парне: надо же, из мешка спального вывернулся, чтобы меня обнять. Ей понадобилось мгновение, чтобы понять, что парень мирно посапывает сбоку и его лицо – в десяти сантиметрах от её лица. Так же, как и замок от закрытого спального мешка.

Она не могла заставить себя посмотреть вниз. Руки, цепко обнимающие её на уровне коленей, начали передвигаться выше. Нечто маленькое и тяжелое карабкалось по ней, втискиваясь между ней и её парнем. И самое страшное было в том, что она не слышала и не чувствовала чужого дыхания. Яся закрыла глаза. Руки уже добрались до её плеч – да там и остановились. Она знала, что если откроет глаза, то увидит что-то, от вида чего может остановиться сердце. Поэтому и не открыла их. Даже, когда одна из рук, сжимающих её в объятьях, прекратила давить на плечо и внезапно опустилась на лоб. Рука была маленькая, холодная и твёрдая. Как говорила моя подруга, в тот момент ей хотелось просто упасть в обморок и больше ничего не ощущать. Но, к сожалению, Ярослава всегда отличалась крепкими нервами. Она не потеряла сознание, даже когда нечто прохрипело: «Мне холодно», – и твёрдыми маленькими пальчиками сдавило её горло… а потом внезапно исчезло.

Так повторялось четыре ночи подряд. Яся ничего не говорила ни парню, ни друзьям, а сама с каждой пережитой ночью становилась всё мрачней и мрачней. Днём она пыталась убедить себя, что просто видела очень реалистичный кошмарный сон, замазывала синяки на шее тоналкой, уверяя себя, что это следы от засосов, а ночью нечто снова приходило к ней.

Но то неведомое, что повторяется несколько раз и не приносит нам особого вреда, уже не только пугает, но и интересует. И на восьмую ночь, когда нечто уже нависло над её лицом, Яся открыла глаза.

Это был ребёнок. Девочка или мальчик, Яся так и не поняла. На вид ему было лет пять, не больше. А судя по ледяному, покрытому фиолетово-синими пятнами, твёрдому телу, красным глазам навыкате и мелким острым зубам, он был мёртв и плотояден. Когда ребёнок увидел, что моя подруга открыла глаза, он отпрянул и зашипел.

– Что тебе нужно? – просипела Яся – у неё неожиданно пропал голос. Ребёнок снова склонился над её лицом едва ли не вплотную и хрипло, неожиданно жалобно сказал:

– Мне так холодно.

От него, вопреки его страшному виду, не исходило ни запаха гнили, ни запаха крови. Яся посмотрела на него несколько секунд, и, поддавшись какому-то странному порыву, медленно расстегнула мешок. Затем осторожно прикоснулась ладонями к спине существа. Ребёнок оскалил клыки и тихонько зашипел.

– Если тебе холодно, подвинься поближе. Вдвоём теплей, – сказала Яся и уже более уверенно обняла ребёнка. Тот застыл на несколько секунд, а потом резко прижался к ней. Даже сквозь спортивный костюм, в котором она спала, Яся чувствовала холод, исходящий от его тела. Мертвец уткнулся ей в шею лицом, и, хотя она очень хорошо рассмотрела острые зубки, она даже не вздрогнула.

Сколько они так пролежали в обнимку – подруга так и не поняла. Всё это время она не двигалась – не потому, что боялась ночного гостя. Просто где-то на уровне подсознания она чувствовала, что он спит. Через некоторое время ей стало казаться, что тело ребёнка становится всё теплей и теплей. А когда сквозь ткань палатки стало видно, как сереет ночное небо, ночной гость поднял голову и посмотрел Ясе в глаза. Трупные пятна исчезли, заострённые клыки превратились в обыкновенные, не очень ровные зубы, а вместо алых на подругу смотрели светло-карие глаза.

Ребёнок растаял в воздухе вместе со словом «спасибо». Больше он не возвращался. Кем он был при жизни, кем он стал после смерти, почему он умер – мы с подругой не знаем. Но надеемся, что он наконец-то обрёл покой.