Огненный змей

Доброе время суток, милые мои жители любимого сайта! Уж не обижайтесь, что я так фамильярно – милые, но все хорошие слова разобраны, мне вот досталось… милые. Рассказать эту историю меня «сподвигнул» в основном рассказ Хильды, я его немного прокомментировала, но потом решила написать как отдельную историю. Тем более я её услышала не из тридесятых уст, а из вторых, а именно от моей любимой бабушки Стракевич Александры Макаровны, светлая ей память. Дело происходило в одной из сибирских деревень, вернее, сёл, т. к. там есть церковь (поэтому считается селом). В память о бабушке постараюсь вести рассказ от её лица.

…Не-е… сейчас-то уж в деревне ничего такого не происходит, а вот в войну, да и после, было дело… Вот с Манькой Евстроповой было, было как раз после войны. Манька, как и многие наши деревенские бабы, получила на мужа похоронку. Повыла она, повыла, да стала потихоньку привыкать к вдовьей доле, некогда особо страдать, детей надо было поднимать (голод был, особенно после войны), всю мужскую работу бабы сами делали, да ещё вместо лошадей дрова на своих плечах из леса возили. Так вот жили…тяжело.

Стали мы за Манькой замечать, что дряхлеет баба, день ото дня всё худее да бледнее, но не от тяжёлой работы и голодухи, а от другого баба мается. Ну, как-то слово за слово разговорили её. И вот о чём она рассказала: «Ой бабы, не мужу больше, житья мне мужик мой не даёт… Каждую ночь ко мне приходит, как тока полночь наступает, так и все. Улеглась спать, слышу – дверь отворяется, заходит и говорит : «Есть тут что поесть», слышу стук какой-то, утром встаю – соль на столе просыпана, да ножницы, что на гвоздочке возле окошка висели, на полу валяются. И так из ночи в ночь! А намедни я легла спать с девками (дочерьми) своими, Галку с одного бока положила, а Вальку с другого. Ночь, тишина, слышу стук – стук, дверь скрип, заходит… а потом как закричит «А-а-а-а, да ты мясом обложилась!». Еле-еле до утра дожила…».

Не помню уж, кто из деревенских подсказал ей, как справиться с этой нечистью, и сделала она так: переборов свой страх, ровно в полночь, взяла конопляных семечек насыпала их в волосы, села на порог, волосы распустила, семечки в волосы, расчесывается, а сама из волос семечки в рот и ест их. И вот в полночь заявляется «муж»: «Есть чо поесть?». А она ему в ответ: «Да где там, сами вот, видишь, как живём, вшей едим». «Муж» сквозь зубы прошипел: «Тьфу… гадость какая», плюнул и ушёл.

Наша Томка ещё подростком (бабушкина дочь, моя родная тётя) в то время в школе подрабатывала техничкой. А утром рано надо было приходить в школу, печь растапливать. Так вот и Томка мне говорила : «Мам, я как утром рано на работу иду, так от тётки Маньки из трубы огненный змей вылетает и над могилками рассыпается. А, что это, мам?». А вообще не надо, внучка, о мертвяках тосковать, не надо, у меня и самой тому пример. Родился у меня старший сын Толик, так в два годика скарлатиной заболел и умер. Иван (муж бабушки) в то время не лесозаготовках был, я дома одна осталась. Лежу, тоскливо мне, сыночка вспоминаю, плачу, вдруг дверь открывается, хоть и на крючке была, и такой ветер в избу занёсся, с силой выдернул из-под меня постилку соломенную, тогда они вместо матрасов были, да и меня об пол бабах… испугалась я сильно. Как мне после сказали старые люди, что это от того, что я сильно тоскую по мёртвому, нельзя так. И когда меня не станет, внучка, ты не тоскуй и не бойся, я тебе никогда ничего плохого не сделаю, а о мертвяках нельзя тосковать.

Вот так рассказывала мне моя дорогая бабушка, 22 года уже нет её с нами. И за эти года и вправду ничего плохого, только всегда предупреждает во сне, если увижу её и мы с ней при этом обнимаемся или в одной постели лежим, то точно готовится надо обязательно… заболею. Ещё ни разу осечки не было, это уже проверено годами, предупреждает меня дорогой мой человек. Такая вот история получилась.