Освенцим

Случилась эта история во время второй мировой войны в Польше. Впринципе, поляки на войне не участвовали - был приказ Гитлера оккупировать всю Польшу и всех польских жителей депортировать в Освенцим. История эта моего немецкого дедушки, который во время второй мировой работал комендантом в Освенциме. Он был чуть - ли не высший по званию, но не уступал Менгеле или Хессу… «Как то раз прибыл поезд с трех тысячным набором поляков. Была ночь, многие из них спали прямо в вагоне - разбудить их было невозможно, они не знали где находятся и в каком месте. Это был уже 1944 год, когда нам было сообщено о наступлении советских войск. Так вот, заключенных разбирать было трудно, Менгеле отсутствовал на своем посту, чтобы сделать выбор, куда отправить заключенных - работать или сразу в газкамеру. Пришлось разбирать заключенных мне одному и еще пяти эсэсовцам. Дело все длилось около часа, одну вторую заключенных мы отправили в газовую камер, другой части заключенных приказали одеть рабочую форму и работать до конца утра. Утром, когда пришли эсэсовцы - остальную часть заключенных - поляков расстреляли. Было очень больно смотреть на это, было очень много красивых и молодых польских девушек. К счастью, - расстреляли не всех. 500 девушек осталось. Крематории сломались, пришлось кидать трупы в яму или депортировать их в бабий яр. Многие лица умерших девушек не запомнил, они не покидали мое воспоминание о них. Через неделю все заключенные были депортированы маршами смерти в другие концлагеря - Бухенвальд и Дахау, где почти все же и погибли. Я остался работать в Освенциме вместе с теми заключенными, кого депортировать не успели. Их было 7 тысяч. Оставались только я, Менгеле, Эйхман, Рудольф Хёсс, и еще 5 эсэсовцев. Менгеле, Эйхман и Хессс сбежали в конце декабря - начале января. Оставалось одно - ждать советских войск. Остальные 5 эсэсовцев покончили жизнь самоубийством. Остался только я и 7 тысяч заключенных. Из кухни Биркенау я давал им хлеба. Уже шла последняя неделя до прибытия советских войск. Было 19 января 1945. Я ложился спать в отдельном деревянном бараке, как вдруг увидел, что рядом с бараком - примерно в нескольких сотнях метров в кабинете Доктора Менгеле горел свет. Такого быть не могло, бараки с заключенными были в нескольких десятках километров от барака СС и кабинета Менгеле. У меня хватило смелости встать и выйти из барака на улицу, проверить - не померещилось ли мне. Я вышел, свет все еще горел, виднелся на этот раз силуэт в полосатой форме. К бараку я не подошел, решил бежать к заключенным и проверить все ли в порядке. Когда я прибежал, все спали. Наутро я заметил, что кабинет Менгеле был закрыт на ключ Хесса, то бишь - ни одинтуда пройти не мог. Через неделю прибыла советская армия, лагерь был освобожден, я был его охранником как музея до 1967 года. Вот так вот - работал 26 лет в месте, в котором происходило более миллиона смертей».