Отомщу

Вот несколько моих семейных легенд. Всего их 10, но выбрала я лишь 3, от которых у меня по всему телу мурашки. Было это давно, когда моей маме было всего 12. Тогда она жила в деревне со своей мамой (моей бабушкой). Отец у мамы умер в 40 лет от того, что упал с лошади и сломал шею. Деревня была маленькая, новости разносились быстро. Мама вот как рассказывала мне эту историю:

– Бабушка твоя тогда на заводе работала. Платили мало, старались любую копейку сберечь на еду. На игрушки особо не затрачивались. Да и я отвыкла. Так вот едет твоя бабушка (уже после смерти деда – моего папы) после работы на телеге. Был тогда мужичок один. Тоже на заводе работал. Его по старости лет увольнять, а он не хочет. У него была лошадка одна, да телега. Ну, он на развозку устроился.

В тот вечер (а уже темно, как ночью) бабушку с ее подругой до «конечной остановки» довезли. Это был перекресток. Фонарей тогда особо не было. Приходилось «наощупь» идти до дома. Ну вот дядя Сергей (так того мужичка звали) довез их до перекрестка (мою маму с ее подругой), и сам уехал. Маме моей идти налево, а подруге ее направо. Распрощались они.

Вот идет твоя бабушка по дороге, слышит она – конь ржет. Испугалась, конечно – кому в голову взбредет ночью по деревне кататься? А потом обернулась. Видит – муж ее стоит, лошадь за узду держит. Побежала бабушка домой, оборачивается, а тот стоит себе на месте. Бежит дальше. Вот уж дом. Зашла в сарай. Лошади нет. Испугалась. У меня спросила, что случилось, а я говорю, мол, не знаю.

На следующий день всей деревней пошли лошадь ту искать. Искали, а не нашли. Ну, говорят, что чудилось.

Опять мама с работы возвращается. Опять муж с кобылой стоит. Также в бег пустилась. И так 2 недели. Мама уже пугаться перестала. Здоровалась с ним. А он молчит. Ну, вот решила его спросить, в чем дело, что ему нужно от нее. Молчком. А утром во дворе кобыла стоит, точней лежит. Бабушка твоя испугалась – что с лошадью? Родила жеребенка. Вернул муж кобылу.

А ночью ей сон снится: стоит папа мой за дверью и кричит, мол впусти. А дверь открыта. Тогда над дверью икона старая висела. Мы одни в деревне в Бога верили. Но скрывали. В общем, кричит муж моей мамы странным голосом. Глаза черные. Голова на бок повернута, а глаза на бабушку смотрят. Мама впускать его не стала, а он: «Отомщу! мужа не впускаешь!». Просыпается утром Машу (так кобылу звали) кормить, а она мертвая, изрезанная ножом.