Озёрные тайны

Ветки звонким хрустом, напоминают ему, что он еще в лесу.

Эхом раздаётся треск вековых столпов, когда где-то там вверху с большой скоростью ветер врезается и расчесывает им кроны. Будоражащая тьма ослепила его, ориентироваться приходится практически только на слух. Иглами холод проходится по рукам и лицу. Ног он больше не чувствует, лишь чавканье сапог упрекает его за опрометчивое решение бежать напрямик.

Но уверенность не оставляет его, именно с этой стороны раздались те крики.

Хруст веток переменился шелестом травы, руками он почувствовал стену сухих стеблей перед собой. И раздвинув их, он обомлел. На секунду он забыл обо всем, ведь перед ним было поле, усеянное бриллиантами звезд.

Тишину прервал плач, сначала тихий, а потом перерастающий в истошный крик. Пристально вглядевшись, он прогрызал в этой тьме фрагменты пейзажа и все таки обнаружил источник. На другом конце поля возвышался обрыв, на котором стояла девушка в пышном белом платье.

Взглянув на него, она бросилась в низ. Смертельным приговором раздался хлопок и гул воды. Без задней мысли он кинулся вперед и вот по пояс в воде он услышал крик со спины:

- Стой, окаянный!

По инерции он продолжал погружаться. Вода плотным одеялом накрыла его плечи.

- Стой, кому говорят! - Вторился крик.

И вот готовый нырять, он задержал дыхание, как вдруг щелчок, хруст - его голова обдалась жгучим жжением.

Оранжево-красное варево - вот что выдали приоткрытые глаза замутненного сознания. Немного позже, он все таки пришел в себя. И понял, что лежит без сапог и куртки у костра на берегу озера. Чуть поодаль черепахой на земле лежала небольшая деревянная лодочка и тоненькое весло.

Он привстал и отряхнулся. Мокрая рубашка и штаны давили громоздким доспехом, ноги ломились от усталости, глаза метались из стороны в сторону. И только потом, он обратил внимания на странный силуэт с другой стороны костра.

Притаившись в сторонке с веточкой в руках, старичок, тяжело вздыхая, возвращал в жерло отстреливающие угольки. И смиренно смотрел на огонь, а затем поднял голову. Мел волос и бороды ничуть не старил его, а в молоке глаз утопал пожар и гасли звезды.

-То дочурка моя безутешная была. Давно как… Давно это было. – старик словно вновь переживал свои воспоминания. Хриплым, дрожащим и слабым голосом, он продолжил:

-Ухажёр ее загулял совсем тогда. А она в день свадьбы все и прознала… - старик скривил лицо в гримасе нечеловеческой грусти и печали.

-Лица на ней не было. Совсем никакая была. Тут рядом с озером дорога проходила они тута на телеге и ехали. А тот давай ей на ушко что-то шептать, так она на ходу с телеги вскочила – Не верю! Не верю! Не верю! Так и побежала с этими словами к обрыву и сбросилась. – в этот миг в отражении глаз старика упала комета.

-Так за ней сколько мужиков прыгнуло не один не всплыл. Не упокоена душа ее. Проклято это место, проклята она и проклят я. – голос старика совсем ослаб.

-Да, давно это было!