Паладин с лопатой

Я возвращалась как-то поздно после детского садика. Я уже была взрослой, и мама отпускала меня одну. Было темно и холодно, но мне сильно-сильно не хотелось домой, потому что мама обещала приготовить черепаховый суп. Поэтому домой я шла через темный заброшенный парк.

Я продиралась через кусты, парк был очень старый, а садовник повесился ещё в прошлом году, потому за садом ухаживали только термиты, периодически подпиливая деревья и ржавые скамейки. Я шла практически на ощупь, а иногда приходилось пробираться сквозь заросли ползком. Поднявшись с колен в очередной раз и деловито отряхнув руки, я уже собралась идти дальше, как вдруг громкий истошный крик заставил меня отпрыгнуть назад. Я поскользнулась и полетела в канаву.

По пути я ухватилась за ржавую газопроводную трубу, что везде торчали и, вырвав её с корнем, покатилась дальше с ней в обнимку. Я и родная уже для меня труба впилились в гостеприимное дерево, с которого посыпались шишки вместе с белками и всё на мою голову.

Обхватив голову руками, я тихонько взвыла от боли. А потом заскулила от страха; “Что за вопль я слышала?” пронеслось в моей голове. Я попыталась встать, но у меня ничего не вышло. Кажется, я подвернула ногу. И руку. И, кажется, даже сломала что-то.

Внезапно откуда-то сверху раздалось шипение. Я задрала голову и застыла от ужаса. Сверху ко мне полёзли обшарпанные трупики белок. Они пялились на меня своими красными с перепоя глазами и скалили мелкие зубки.

От ужаса и отвращения я не могла пошевелиться. Они были все ближе, я уже могла различить трупный запах. Я хотела закричать, позвать на помощь, но подавилась своим воплем. С той стороны, откуда донесся крик, что-то приближалось…

Оно становилось больше и больше, раздувалось, набирало скорость. Оно зловеще сопело и топало белыми тапочками. Ветки захрустели, свалился с ели впавший в глубокую кому дятел. Листья на деревьях почернели, как химик-недоучка после неудачного получения водорода.

Все. Я поняла, что домой я уже никогда не вернусь, а черепаховый супчик – моя любимая еда. Я зажмурилась в ожидании смерти. Но басовитый возглас: “За родину!”, сопровождаемый воинственным кличем, заставил меня открыть один глаз.

Вечно бухой дядя Ваня, в трусах и ушанке и с лопатой наперевес, бежал прямо на Страшную Жуть! Он ударил ее прямо по тому месту, где предполагалась голова…

Что было дальше, я не помню. Я так испугалась, что потеряла сознание и упала с горы. На знаю, что это было, хотя история – чистая правда! Если бы не черепаховый суп, я бы точно там от страха умерла!