Пэкалэ и Тындалэ на работе у попа

— Мы, — сказал Тындалэ, — с тобой побратимы, давай наймемся к одному хозяину и будем всегда вместе!

— Давай, — ответил Пэкалэ. И нанялись они к попу.

Дело было летом, и поп послал Тындалэ на гумно, а Пэкалэ велел корову пасти.

Корова у попа была с норовом и пугливая — упаси бог, какая пугливая! Начнет щипать траву да как вдруг рванется и помчится, проклятая, до седьмой межи. Несчастному Пэкалэ пришлось целый день бегать за нею. К вечеру бедняга совсем с ног сбился.

Но и для Тындалэ на молотьбе было не легче: весь день без передышки водил он коней по кругу. А поп знай себе погоняет, да так, что у Тындалэ перед глазами все кругами заходило.

Вечером, за ужином, встретились они.

— Ну, Тындалэ, как тебе работалось на гумне? — спросил Пэкалэ.

— Э, какая там работа! Между нами говоря, поп этот в хозяйстве ничего не смыслит! Вот и пришлось мне целый день сидеть сложа руки. Удивляюсь, как все-таки удалось раз-другой пройти с лошадью по кругу. Словом, на молотьбе одно безделье; так и харчей не отработаешь.

— А с коровой, брат, и того хуже! — сказал Пэкалэ. — Хоть бери из дому подушку да спи с утра до вечера: корова пасется, а тебе и делать нечего!

— Правда?

— Точно так!

— Пэкалэ, давай тогда сделаем так: я пойду корову пасти, а ты побудешь на гумне. Не все ли равно, где спать?

— Хорошо, Тындалэ!

Так и сделала. На другой день Пэкалэ чуть с ума не сошел, бегая по кругу за лошадьми, а Тындалэ едва не отдал богу душу, гоняясь за коровой.

«Ну и гусь же этот Пэкалэ!» — думал про себя Тындалэ.

«Нет, этот Тындалэ невозможен!» — говорил себе Пэкалэ.

А вечером, когда увидали друг друга, чуть со смеху не лопнули. Затем подумали и бросили работу у попа.

Мол, легкая-то она легкая, только пусть поп сам ее делает.