Петарда

Как-то раз мы были в лесу около полпервого ночи, испытывали «петарду» — точнее, хотели испытать. Нас было трое — я, жена и наша общая подруга. Девушки стояли на опушке, я устанавливал заряд. Установил, поджег замедлитель и пошел назад, периодически оглядываясь, чтобы не потерять огонек из виду. Выбрал наиболее подходящее для наблюдения место на безопасном расстоянии и позвал по рации девушек. Стоим, смотрим на огонек, и тут он выбросил струйку искр (это загорелась впрессованная в детонатор таблетка пороха) и пропал. Ждём дальше — тишина. Я достал фонарь и пошёл к месту закладки (подходить можно сразу, такова конструкция устройства — если прогорела таблетка и взрыва не последовало, значит, устройство стопроцентно инертно). Пока шёл, голубоватый луч дуговой лампы прыгал по заснеженным кустам, лапам елей, мелким рябинкам и березкам. Пару раз показалось, что вижу какое-то движение — вероятно, дело было в разности цвета в пятне (дуга слоится от тряски и перепадов температуры).

Дошел до места и сильно удивился — пенек был абсолютно пуст, на нём осталась только пара ещё тёплых капель горелой пластмассы от замедлителя. Посветил внизу, поискал в радиусе пяти метров — следы были только те, по которым я уходил и возвращался. Пока искал, услышал отчетливый хруст сучьев где-то в лесу, метрах в 20-30 от полянки. Обошел пень вокруг, и тут хрустнуло уже ближе и более отчетливо. Рация ожила — жена попросила возвращаться. Я ответил, что еще немного посмотрю, хотя чувствовал себя уже неуютно. Мотнул фонарем вокруг, и тут в луче отчетливо мелькнули какие-то темные лоскуты, похожие на обрывки черной тюли, как раз в той стороне, где хрустнуло. Я стал осторожно отходить в сторону выхода из леса, держа перед собой фонарь, который вдруг начал стробить, как будто сбилась частота инвертора, а потом и вовсе погас. Вот тут-то я сильно испугался и побежал, нащупывая пальцем кнопку перезапуска схемы розжига. Но фонарь включился сам, как только я отбежал от полянки с пеньком метров на тридцать. Я развернулся и увидел то, что буду помнить всю жизнь — над пеньком в полной тишине, нарушаемой только стрекотом инвертора и моим дыханием, плавно кружился вихрь полупрозрачных «тряпок». А через мгновение некая судорога, похожая на волну на воде, перечеркнула пространство передо мной, и все пропало.

Я вернулся к девушкам, влил в себя полстакана «Колли», и мы молча вышли из леса. Как потом они сказали, после моего ухода к месту закладки у них появилось четкое ощущение чьего-то присутствия, будто кто-то недобрый быстро перемещался за кустами вокруг, успевая скрыться до того, как взгляд достигнет его. Пока шли до поселка, это чувство было у всех троих, но уже ослабленное — словно кто-то смотрел нам в спину.