Плач домового

Эту историю рассказала мне моя бабушка. Она родилась в 1917 году в Сибирской деревне. У них была большая и дружная семья, жили своим собственным трудом – держали большое хозяйство: огород, скотину, пасеку. Бабушка хорошо помнила дни, когда их пришли раскулачивать. Тогда им сообщили, что все их имущество переходит в колхоз, а их самих отправляют в спецпоселение на отдаленные территории.

Как раз в этот период времени (пока семья еще жила в своем доме) поздно вечером они услышали на чердаке приглушенный плач – как будто ребенок плакал. Мама моей бабушки подошла к лестнице на чердак, поднялась по ней и открыла дверцу. Горький плач стал еще более отчетливым. Прабабушка поняла, что это плачет домовой и там же, стоя на лестнице, спросила его: «К добру, или к худу?» - «К худу, к худу.. » последовал приглушенный ответ с чердака.

И действительно, раскулачивание для моей семьи ничем хорошим не обернулось. Дом и все хозяйство разграбили большевики, старших детей они пристроили у родственников и знакомых – в помощники. Отец, мать и трое малолетних детей (одной из которых была моя бабушка) вместе с обозом таких же раскулаченных крестьян отправились в спецпоселение. Обратно вернулись только моя бабушка и ее мать. Братья бабушки умерли в дороге (по всей видимости, от пневмонии), ее отца вместе с остальными мужчинами загнали на баржу, которую утопили на глазах их жен и детей в ледяной реке.

К концу зимы каким-то чудом старший брат моей бабушки раздобыл средства, нашел их и смог вернуть обратно в ту деревню, где впоследствии их приютили дальние родственники.