Полигон

Историю рассказал мне один человек, с которым мне довелось пересечься на курорте. Мы пили пиво в кафе на берегу моря и болтали о всяких пустяках. Слово за слово — и мы перешли к моему увлечению по сбору загадочных историй. О, этому человеку было что мне поведать. Хоть я и являюсь скептиком, и чаще всего не верю тому, что коллекционирую, но этот рассказ вызвал неприятный холодок у меня внутри.

Дело было более десяти лет назад. Мой рассказчик в ту пору еще ходил в школу. Летние каникулы он проводил на даче. Примечательно, что этот дачный поселок находился на краю внушительного лесного массива, в сердце которого располагался военный полигон. Ну, может быть, назвать полигоном это место было бы неверно — скорее всего, обычное стрельбище для войсковой части, находящейся в четырех километрах за лесом. Мой знакомец сказал, что обычно через этот полигон дачники ходили пешком в город, разумеется, когда не велась стрельба. В случае же учений на подступах к стрельбищу ставились патрули, которые заворачивали грибников и прочий праздный люд назад.

Естественно, что местная ребятня облазила полигон и прилегающие чащи вдоль и поперек в поисках гильз и всяких штуковин (находили даже сломанный АК и учебные противотанковые мины).

Но в тот вечер мальчуган оказался на полигоне по другой причине. Он подзадержался у друзей в деревне, которая находилась на другой стороне леса. Июльский закат начался внезапно для увлеченных ребят, и мой рассказчик спешно засобирался домой. Возвращаться нужно было через лес. Подумав, что идти лесом в темноте страшновато даже для такого знатока окрестностей, он решил слегка увеличить свою дорогу, но зато треть его пути пролегала бы через полигон, где все-таки светлее и не так страшно.

Проклиная себя и ругая за такую задержку, он быстрым шагом нырнул в лес и по известным только ему тропкам вскоре достиг края стрельбища. Однако и на открытом пространстве уже сгустились сумерки. Ко всему прочему на лес опустился туман, и привычные ориентиры слегка изменились.

В итоге мальчишка сбился с пути, потому что тропинок на полигоне не было, и путь он держал исключительно по приметам вроде «вон той сосны рядом вон с теми кустами».

Уже почти добравшись до противоположной границы, где снова начинался лес, он вдруг услышал шипение рации. Реакция сработала мгновенно — он присел, а затем отполз к островку зарослей можжевельника. Туман и ветки прекрасно его укрыли от приближающейся группы людей.

Сначала он услышал голоса, а потом по кустам пробежал луч фонарика. Снова зашипела рация, кто-то совсем рядом произнес «квадрат А-4, да, уже на подходе». В шагах тридцати от него из тумана вынырнули пять фигур. Из того, что мальчуган смог разглядеть в сумерках, он понял, что идут военные. Четверо с автоматами наперевес вели пятого с заведенными за спину руками. Они двигались под небольшим углом к месту укрытия, и парнишка заметил что-то странное в фигуре «арестованного». Что именно странное, он не смог объяснить. То ли походка, то ли сама фигура — что-то отталкивающее, не нормальное для человека.

А потом ведомый повернул голову, и его получилось разглядеть получше. Рассказчик навсегда запомнил эти глаза — они мерцали в темноте красноватым светом, как угольки костра. На фоне неба отлично было видно, что это существо имеет заостренную форму ушей и большой лоб. Это был не человек. И на нем не было одежды…

А еще мальчишка осознал, что тот, кого вели солдаты, прекрасно его видит, и не только видит, но и прикидывает, как поступить — одним прыжком вырваться от конвоиров, вытащить из кустов ребенка и прикрыться им от пуль или просто впиться зубами в его плоть, может, последний раз…

По глазам рассказчика я понял, что он не сочиняет. На лице проступила вся гамма чувств настоящего воспоминания.

По какой-то причине один из сопровождающих пихнул существо дулом автомата в бок, и тот со злобным урчанием прошел мимо, больше не глядя в сторону. Вскоре отряд безмолвно растворился в тумане. Последнее, что парень слышал, это очередное шипение рации и голос, произнесший что-то вроде «да, там еще могут быть двое или трое».

Трясясь от пережитого ужаса, свидетель всей этой истории вылетел из кустов и со спринтерской скоростью нырнул в лес, не разбирая дороги. До самых дач он бежал через кусты, бурелом, непроходимые рощи. Ему постоянно казалось, что за ним гонится это чудовище. А может, и не одно…

До дачи он-таки добрался живым и невредимым. После его рассказам никто не верил, приятели посчитали его замечательным сказочником, родители вообще слушать не стали, но он больше никогда не ходил в лес, как стемнеет. Да и днем предпочитал не соваться в лес в одиночку.

Я поразмыслил над его рассказом немного.

— Вы можете мне не верить, конечно, — сказал мой знакомец. — Я и сам иногда уже думаю, что мне все это показалось. В темноте в тумане, чего только не увидишь. Историю рассказал мне один человек, с которым мне довелось пересечься на курорте. Мы пили пиво в кафе на берегу моря и болтали о всяких пустяках. Слово за слово — и мы перешли к моему увлечению по сбору загадочных историй. О, этому человеку было что мне поведать. Хоть я и являюсь скептиком, и чаще всего не верю тому, что коллекционирую, но этот рассказ вызвал неприятный холодок у меня внутри.

Дело было более десяти лет назад. Мой рассказчик в ту пору еще ходил в школу. Летние каникулы он проводил на даче. Примечательно, что этот дачный поселок находился на краю внушительного лесного массива, в сердце которого располагался военный полигон. Ну, может быть, назвать полигоном это место было бы неверно — скорее всего, обычное стрельбище для войсковой части, находящейся в четырех километрах за лесом. Мой знакомец сказал, что обычно через этот полигон дачники ходили пешком в город, разумеется, когда не велась стрельба. В случае же учений на подступах к стрельбищу ставились патрули, которые заворачивали грибников и прочий праздный люд назад.

Естественно, что местная ребятня облазила полигон и прилегающие чащи вдоль и поперек в поисках гильз и всяких штуковин (находили даже сломанный АК и учебные противотанковые мины).

Но в тот вечер мальчуган оказался на полигоне по другой причине. Он подзадержался у друзей в деревне, которая находилась на другой стороне леса. Июльский закат начался внезапно для увлеченных ребят, и мой рассказчик спешно засобирался домой. Возвращаться нужно было через лес. Подумав, что идти лесом в темноте страшновато даже для такого знатока окрестностей, он решил слегка увеличить свою дорогу, но зато треть его пути пролегала бы через полигон, где все-таки светлее и не так страшно.

Проклиная себя и ругая за такую задержку, он быстрым шагом нырнул в лес и по известным только ему тропкам вскоре достиг края стрельбища. Однако и на открытом пространстве уже сгустились сумерки. Ко всему прочему на лес опустился туман, и привычные ориентиры слегка изменились.

В итоге мальчишка сбился с пути, потому что тропинок на полигоне не было, и путь он держал исключительно по приметам вроде «вон той сосны рядом вон с теми кустами».

Уже почти добравшись до противоположной границы, где снова начинался лес, он вдруг услышал шипение рации. Реакция сработала мгновенно — он присел, а затем отполз к островку зарослей можжевельника. Туман и ветки прекрасно его укрыли от приближающейся группы людей.

Сначала он услышал голоса, а потом по кустам пробежал луч фонарика. Снова зашипела рация, кто-то совсем рядом произнес «квадрат А-4, да, уже на подходе». В шагах тридцати от него из тумана вынырнули пять фигур. Из того, что мальчуган смог разглядеть в сумерках, он понял, что идут военные. Четверо с автоматами наперевес вели пятого с заведенными за спину руками. Они двигались под небольшим углом к месту укрытия, и парнишка заметил что-то странное в фигуре «арестованного». Что именно странное, он не смог объяснить. То ли походка, то ли сама фигура — что-то отталкивающее, не нормальное для человека.

А потом ведомый повернул голову, и его получилось разглядеть получше. Рассказчик навсегда запомнил эти глаза — они мерцали в темноте красноватым светом, как угольки костра. На фоне неба отлично было видно, что это существо имеет заостренную форму ушей и большой лоб. Это был не человек. И на нем не было одежды…

А еще мальчишка осознал, что тот, кого вели солдаты, прекрасно его видит, и не только видит, но и прикидывает, как поступить — одним прыжком вырваться от конвоиров, вытащить из кустов ребенка и прикрыться им от пуль или просто впиться зубами в его плоть, может, последний раз…

По глазам рассказчика я понял, что он не сочиняет. На лице проступила вся гамма чувств настоящего воспоминания.

По какой-то причине один из сопровождающих пихнул существо дулом автомата в бок, и тот со злобным урчанием прошел мимо, больше не глядя в сторону. Вскоре отряд безмолвно растворился в тумане. Последнее, что парень слышал, это очередное шипение рации и голос, произнесший что-то вроде «да, там еще могут быть двое или трое».

Трясясь от пережитого ужаса, свидетель всей этой истории вылетел из кустов и со спринтерской скоростью нырнул в лес, не разбирая дороги. До самых дач он бежал через кусты, бурелом, непроходимые рощи. Ему постоянно казалось, что за ним гонится это чудовище. А может, и не одно…

До дачи он-таки добрался живым и невредимым. После его рассказам никто не верил, приятели посчитали его замечательным сказочником, родители вообще слушать не стали, но он больше никогда не ходил в лес, как стемнеет. Да и днем предпочитал не соваться в лес в одиночку.

Я поразмыслил над его рассказом немного.

— Вы можете мне не верить, конечно, — сказал мой знакомец. — Я и сам иногда уже думаю, что мне все это показалось. В темноте в тумане, чего только не увидишь. Но мне до сих пор не дает покоя брошенная в рацию фраза о том, что ИХ может быть несколько…

Во всяком случае, он мне назвал точное место, где все произошло. На моем ноутбуке на гугл-картах собеседник поставил мне метку. Это были какие-то леса под Псковом, совсем рядом с городом.

Ах, да. У меня сохранились координаты. 57°46, 28°18. Решайте сами, верить или нет.

Помните ту историю, которую я рассказывал в ноябре прошлого года? Про то, как мальчишка возвращался домой через полигон и видел, как солдаты конвоировали существо, весьма похожее на какое-то чудовище.

История разошлась по интернетовским сайтам со страшилками. И вот буквально на днях мне пришло на почтовый ящик письмо. Я его просто процитирую.

«Здравствуйте, Остромир. Я наткнулся на Ваш рассказ про псковский полигон на каком-то развлекательном сайте. История действительно выглядит неправдоподобной и комментаторы вполне справедливо сомневаются в ее достоверности.

Однако я Вам хочу признаться, что все написанное Вами со слов рассказчика может оказаться правдой. И я поясню почему.

В начале двухтысячных я служил под Псковом в разведроте ВДВ. И среди прочего мы частенько наведывались на упоминаемое в Вашей истории стрельбище. Служба проходила в обычном порядке без происшествий, кроме одного очень странного случая.

Дело бы в конце лета. Однажды ночью на территории части началась какая-то суматоха. Нас всех подняли по тревоге и поспешно согнали на плац, где мы довольно долго мерзли на холодном ночном ветру. В это время наш прапорщик поодаль разговаривал с какими-то людьми, явно не из нашей части, приехавших на автомобиле, который, по мнению одного нашего сослуживца, был бронирован на все сто процентов.

Далее к нам, наконец, подбежал прапорщик и стал выбирать из строя людей. Насколько я понял, выбирал он по принципу, кто хорошо стреляет. Руки у него почему-то тряслись (это у нашего-то прапора, который водку пил вёдрами, а потом попадал в мишень с первого выстрела).

В число отобранных попал и я — у меня были неплохие показатели по стрельбе из автомата.

У нас отобрали телефоны, часы прочие устройства, посадили в грузовик и повезли в неизвестном направлении. Тут уже волнение передалось и нам. Война что ли какая началась? — думали мы, а некоторые полушутя стали друг с другом прощаться.

Затем мы поняли, что нас везут в сторону цементных складов, за которыми и располагалось то самое стрельбище. Но на стрельбище мы не остановились, а машина покатила прямо по полигону в самую дальнюю его часть. Мы ехали, пока грузовик не стал застревать в песке, а затем нам приказали вылезти и построиться.

Та бронированная машина уже стояла поодаль. Возле нее суетились несколько человек.

Прапорщик подвел к нам человека в камуфляже, без отличительных знаков. Он не назвал нам его имени, но сказал, что это майор спецназа, и для нас есть важное очень ответственное задание.

Тут мы совсем струхнули, и если до этого была надежда на какие-то внеплановые учения, то теперь стало ясно, что происходит что-то серьезное.

Майор сообщил нам следующее. В прилегающих лесах обнаружены очень опасные рецидивисты. В настоящее время они локализованы, и их поимка дело времени. Но упустить их ни в коем случае нельзя, так как вокруг лесов — дачные поселки и деревни. Стопроцентная вероятность, что преступники в случае побега устроят кровавую резню среди мирного населения. Во избежание любых случайностей мы должны будем прикрывать конвоирование рецидивистов. Каждый из трех конвоев будет идти разными маршрутами.

Нас разделили на пары и повели в лес. Меня с товарищем поставили на одну из контрольных точек на пути следования конвоя. И задание казалось бы не таким и сложным, если бы не инструкция лично от майора: в случае непредвиденной ситуации — открывать огонь на поражение по бегущей цели. Но цель преследовать только в радиусе ста-двухсот метров от поста. Дальше — ни шагу. На вопрос, как отличить задержанного от сопровождающих, майор сухо ответил: стрелять на поражение любую бегущую цель.

После этого ответа, честно сказать, у меня подкосились ноги.

Мы с товарищем остались стоять на обочине лесной дороги, я — слева, прикрытый разросшимся кустом можжевельника, а товарищ — в зарослях ежевики. Ночь была звездная, а над лесом встала почти полная луна — так что света нам хватало для того, чтобы видеть часть дороги.

Где-то с полтора часа мы стояли, почти не двигаясь, вслушиваясь в ночные шорохи. Думаю, вспугни меня что-нибудь поблизости — птица или кролик — я бы просто стал палить во все стороны. Нервы были напряжены до предела.

Затем мы услышали характерное шипение рации и приглушенные голоса. По дороге двигался конвой. Они прошли мимо нас совершенно спокойно, возможно даже не догадываясь, что мы прячемся в кустах, хотя кто знает этот спецназ. Я во все глаза пытался разглядеть преступника, но лунный свет размывал детали. Единственное, что мне показалось странным, это походка ведомого. Какая-то уж слишком неуклюжая.

А вот приятель был чуть ближе к дороге. И потом мне признался, что походка задержанного его тоже смутила. В какой-то момент ему показалось, что ведут не человека, а животное, вставшее на задние лапы…

Нас сняли с поста примерно через два часа. Молча, без комментариев, погрузили всех в грузовик и отвезли в часть.

Я бы так и забыл это происшествие, если бы не Ваш рассказ про псковский полигон. И, если он правдив, то я, наверное, вправе предложить Вам связать эти события. На Ваше усмотрение, конечно.

PS: вдогонку к размышлению. У нас в псковских новостях по настоящее время частенько мелькают репортажи про насильственную гибель скота в окрестных деревнях с заголовками вроде „чупакабра опять появился под Псковом“. Можете погуглить самостоятельно.

С уважением, ФИО. »